Читаем Эдип полностью

Голос из зала:

- А если он и впрямь не знает?

- Лояльный гражданин всегда знает, с кем встречается, - таков его долг по отношению к государству. Но даже если он не знает, то согласно статистике он все равно внушает серьезные подозрения.

Как я уже сказал, количество вопросов составляет 3265. Это количество, к сожалению, не позволяет все-таки дать гарантию лояльности в 100 процентах случаев. Гарантия составляет только 99,861 процента. Но мы, ученые самой цивилизованной страны мира, не хотели подвергать проверяемых даже такому маленькому риску несправедливости, как один на 19500 случаев. Может быть, в какой-нибудь тоталитарной стране такую машину и сочли бы совершенной, но у нас, джентльмены, дело обстоит иначе. Мы, защитники западной цивилизации, думаем, что нужно устранить даже такую маленькую вероятность ошибки. Мы показали, что при числе вопросов 8767339 эта вероятность практически равна нулю.

Голос из зала:

- Доказали на опыте?

- Да, на опыте. Один из наших сотрудников, доктор Хаас, добровольно подвергся полному исследованию, а так как оно должно быть непрерывным, то он допрашивался в течение 29 часов. Герой науки, доктор Хаас, к сожалению, потерял сознание к концу допроса. Поэтому мы решили заменить эти дополнительные вопросы иным усовершенствованием - так называемой системой поощрений и наказаний.

Оно состоит в том, что, если допрашиваемый путается в показаниях и сам себе противоречит, он после предварительного предупреждения получает удар электрическим током - неприятный, но неопасный для жизни. Если он отвечает хорошо, то через десять минут получает папиросу, через двадцать жевательную резинку, а через час - стакан кока-колы.

Голос из зала:

- Что значит - хорошо отвечает?

- Это проверяется специальными устройствами, измеряющими частоту пульса, влажность кожи, напряжение мускулов и изменения тембра голоса. Совершенно очевидно, что лояльный гражданин, не имеющий причин волноваться, не потеет и не дрожит. Наши конструкторы оборудовали кабину климатизационным устройством, изменяющим температуру. Таким образом, эта усовершенствованная машина для проверки лояльности...

Голос из зала:

- А кто проверял лояльность самой машины? (Смех.)

- Это важная проблема, и я не понимаю тех, кто смеется. Наш аппарат измеряет лояльность в единицах тысячеградусной шкалы. Каждое научное измерение предполагает наличие соответствующего эталона. С целью получить эталон для ЭДИПа мы обратились к пятидесяти выдающимся гражданам США. Каждый из них в часовой беседе с ЭДИПом широко высказался по философским, политическим, экономическим и культурным вопросам. Машина записала эти высказывания на перфоленте, являющейся ее органом памяти. Это и есть эталон, с которым сравниваются показания подозреваемых.

Голос из зала:

- Нельзя ли узнать, какие были высказаны взгляды?

- Пожалуйста, это не тайна. Вот некоторые определения понятия свободы: "Свобода - высшая привилегия каждого американского гражданина". "Из всех видов свободы высшая - это свобода частной инициативы".

Вот примеры определений коммунизма:

"Коммунизм - это болезнь на фоне подавленного Эдипова комплекса и связанной с этим ненависти к родному отцу, место которого в более зрелом возрасте занимает предприниматель или фабрикант".

"Коммунизм - это раздутое семантическое недоразумение".

"Коммунизм? Это ужасно".

Как видите, уважаемые коллеги, эталон ЭДИПа не имеет ничего общего с каким-нибудь тоталитарным монодеизмом, а дает широкую шкалу взглядов, отражающих свободу общественного мнения.

Голос из зала:

- В какой стадии находится производство?

- Уже сейчас 500 машин передано ФБР во всех крупных городах. Но недалек тот день, когда в каждом населенном пункте будет находиться такое количество наших ЭДИПов, что можно будет подвергнуть проверке весь американский народ дважды, а то и трижды в год.

Наш ЭДИП выносит также приговоры, причем Верховный Суд постановил, что они не подлежат обжалованию. Тем самым Верховный Суд полностью отдал должное подлинно научному методу автоматизированного определения справедливости...

По окончании годичной конференции общества инженеров-электроников в больших залах отеля "Империаль" был дан прощальный банкет. После ужина 320 участников конференции заполнили все этажи и коридоры отеля. В залах звучали разговоры, смех, доносился звон бокалов, аплодисменты. В курительной комнате, куда едва проникал отдаленный шум веселья, несколько мужчин вели негромкую беседу. Профессор Коулмэн, соблазнившись тишиной и уютом этого уголка, сидел в мягком кресле, курил сигару, потягивал из бокала и слушал одного из гостей, остряка и фантазера, который рисовал перед собравшимися юмористическую картину грядущего бунта электронных машин. Разговор перешел на проверку лояльности, заговорили об анонимных доносах, ложных обвинениях, несправедливых решениях, которые, случалось, ломали карьеру ученого или молодого инженера. Глотнув из бокала, Коулмэн, до сих пор молчавший, возразил: