Читаем Edamastra (СИ) полностью

  Ловкие пальцы, на левой руке - сплошь израненные, опустошили бумажные упаковки - нечто серое, нечто красноватое, нечто хрупкое, - и вытащили из рабочей сумки бутылочку, по верхние венцы горлышка заполненную зеленовато-голубой жидкостью. Бутылочка Уильяма впечатлила, а щепотки остальных реагентов, бережно отмеренные по весу, доверия не внушали. Однако стоило господину Эльве бестрепетно высыпать все эти вещи в колбу, как они перемешались в единый карминовый состав, а капля сока волчьей травы и заученное встряхивание завершили реакцию - за стеклом тускло переливалась маслянистая субстанция, по характеру похожая на ртуть, и, судя по внимательному взгляду некроманта, столь же опасная.

  - Страница восемь, выводы, - улыбнулся он. - Прочти, пожалуйста, вслух.

  - "Полученный в результате яд применяют при охоте на вурдалаков, упырей и прочих представителей нежити, чья туша состоит из мертвых человеческих тел..." - послушно пробормотал юноша. И отшатнулся: - Погоди, ты что, вот так запросто взял - и смешал в библиотеке яд?!

  - Окстись, Уильям, - обиделся Эльва. - Прочитал бы до конца абзаца: "данное смешение алхимических элементов для человека безвредно", если он жив, здоров и его ни разу не кусали нечистокровные вампиры, потому что нечистокровные - это, в своем роде, тоже мертвые люди, и на живых они влияют не самым лучшим образом. Меня вот, например, не кусали.

  Для наглядности он перевернул колбу (Уильям чуть не умер от ужаса) и вылил содержимое себе на ладонь. Обособленные карминовые капли заблестели на коже некроманта, словно рубины, и он уверенно потыкал их ногтем.

  - Мягенькие, потрогаешь?

  Его Величество посмотрел на капли с невольным трепетом. От них почему-то исходил аромат роз и дождя, истрепавшего лепестки.

  И протянул руку.

  - ...действительно, мягенькие, - умиленно заметил юноша. Капли больше походили на крохотные мячики, упругие, но податливые, и послушно прогибались под любым прикосновением. - А как отравить ими вурдалака?

  - Нужно бросить, - пояснил некромант. - При столкновении с мертвой плотью они разбиваются и, как правило, прожигают в ней солидные дыры. Когда это происходит, цветочный запах рассеивается, и начинает вонять мясом, протухшим еще две недели назад.

  Уильяма передернуло, но он все же нашел в себе силы для вопроса:

  - Получается, мертвая вурдалачья плоть - тоже алхимический элемент?

  - Ага, - радостно покивал господин Эльва. - Молодец, на лету схватываешь. Не то, что ученики факультета алхимии в Алаторе. Эти соображали около получаса, пока я не смирился и не озвучил очевидные факты сам.

  Его Величество ощутил мимолетный укол гордости.

  - Скажи, - попросил он, - а как раздобыть эти алхимические элементы? Потому что, как ты понимаешь, охотиться на драконов и собирать волчью траву я немного... э-э-э...

  - Боишься?

  Повисла тишина. Юноша уставился на краешек пожелтевшей страницы, а некромант - на юношу. Его так и подмывало пошутить, что или ты убиваешь драконов сам, или не являешься господином алхимиком, но несчастное выражение лица Уильяма не располагало к подобным шуткам.

  - Если честно, - вздохнул Эльва, жалея, что беседует не с коллегой, - то большую их часть продают в специальных торговых лавках. Меньшую, если никак не получается найти ее лично, твои будущие товарищи приобретают на черном рынке. И я бы рекомендовал, - он перешел на вкрадчивый шепот, как будто в замке хайли кто-то рискнул бы всерьез подслушивать, - обращаться за такими штуками к эльфам - они буквально чувствуют, как именно их надо собирать и хранить.

  Уильям нахмурился. Да, никто не чувствует живой и мертвый миры так, как чувствуют эльфы. И остроухое племя свободно пользуется своим даром, подбрасывая семечки льна в кубок эля бывшей королеве Талайны, чтобы проклятое растение разорвало девушку изнутри, уничтожило, не заставив никого предположить, что ее неизлечимая болезнь - это следствие чужого плана, успешно исполненного послами Хальвета.

  После коронации юноша размышлял, не рассказать ли о своих видениях господину Альберту - тому, кто действительно знал и госпожу Элизабет, и ее отца, и причины приезда хальветской знати в королевство за горными перевалами. Но что-то внутри одергивало короля всякий раз, как он подходил к оруженосцу дедушки достаточно близко. Что-то словно бы запрещало ему говорить о смерти матери, и он испытывал смутный, какой-то совершенно дурацкий страх: что, если господин Альберт не поверит, что, если он посмеется - мол, это всего лишь твое глупое подсознание?

  - Что с тобой? - насторожился некромант. - Я что-то не то ляпнул?

  - Нет, - покачал головой Уильям. - Все нормально. Слушай, пока ты здесь, ты не мог бы заняться моим образованием? Я буду тебе платить, например, по десять золотых за каждое занятие, а если оно затянется, то по двадцать. Идет?