Читаем Джек Потрошитель полностью

Под руководством сэра Джона Филдинга ловцы воров перебрались на Боу-стрит. Их стали называть патрулем с Боу-стрит. В это время полиция была частным делом. Патруль с Боу-стрит мог расследовать ограбление частного дома за жалованье, а мог найти преступника и заставить его пойти на соглашение с жертвой. Уголовные и гражданские дела переплетались, потому что полиция должна была восстановить порядок — а уж какими средствами, это было ее дело.

Лучше было получить хотя бы половину украденного, чем не получить ничего. Лучше было отдать половину награбленного, чем лишиться всего и закончить свои дни в тюрьме. Некоторые патрульные с Боу-стрит ушли на покой богатыми людьми. Но ничто не помогало справляться с насилием и убийствами, а также с другими преступлениями. Крали и убивали собак. Угоняли и мучили скот. Животных загоняли до тех пор, пока они не падали замертво. С конца XVIII века и вплоть до 1868 года казни проводились публично и собирали огромные толпы любопытных.

Дни казней считались праздниками. Жестокий спектакль предназначался в назидание тем, кто решил ступить на скользкий путь. В дни патруля с Боу-стрит смертью карались даже такие преступления, как конокрадство и магазинные кражи. В 1788 году тысячи лондонцев собрались, чтобы посмотреть, как за подделку монет будет сожжен у столба тридцатилетний Феб Харрис. Разбойники с большой дороги считались героями, у них была масса поклонников, а преступников из высшего класса встречали грубыми насмешками.

Когда в 1802 году был повешен губернатор Джозеф Уолл, зрители устроили драку за право приобрести кусочек веревки. Дюйм веревки продавался за шиллинг. В 1807 году более сорока тысяч зрителей собрались, чтобы увидеть казнь двух убийц. Множество мужчин, женщин и детей было затоптано насмерть. Не каждый преступник умирал быстро и в соответствии с планом. Порой сцены агонии были чудовищными по своей жестокости. Если узел соскальзывал или был завязан неправильно, преступник не мог мгновенно потерять сознание из-за сдавливания сонной артерии. Он корчился в судорогах, и тогда его хватали за ноги и тянули вниз, чтобы ускорить наступление смерти. Обычно с преступника сваливались штаны, и он корчился в предсмертных судорогах перед беснующейся толпой совершенно обнаженным. В дни, когда казнь совершалась через отрубание головы, преступник должен был заплатить палачу, иначе казнь свершалась лишь после нескольких ударов.

В 1829 году сэр Роберт Пил убедил правительство и общественность в том, что они имеют право спокойно спать в собственных домах и не менее безмятежно гулять по улицам города. Была создана городская полиция, которая разместилась в доме 4 на Уайтхолл Плейс. Задняя дверь этого здания выходила на Скотланд-Ярд, место, где раньше размещался саксонский дворец, резиденция шотландских королей. В конце XVII века большая часть дворца превратилась в руины и была разрушена, а сохранившиеся строения использовались английским правительством. Многие знаменитые люди служили короне в Скотланд-Ярде, в том числе архитекторы Иниго Джонс и сэр Кристофер Рен, а также великий поэт Джон Мильтон, который одно время был секретарем Оливера Кромвеля. Архитектор и юморист сэр Джон Ванбрук построил дом на месте старого дворца, и Джонатан Свифт сравнивал это строение с «крыжовенным пирогом».

Лишь немногие знают о том, что название Скотланд-Ярд обозначает место, а вовсе не полицию. С 1829 года оно прочно закрепилось за штаб-квартирой лондонской городской полиции и сохраняется до сих пор, хотя теперь это здание называется Новым Скотланд-Ярдом. Я подозреваю, что широкая публика до сих пор уверена в том, что Скотланд-Ярд — это группа сыщиков, подобных Шерлоку Холмсу, а лондонский полицейский — это типичный бобби. До сих пор мы смотрим фильмы и читаем книги, в которых местный полицейский встает в тупик перед загадочным убийством и произносит сакраментальную фразу: «Я думаю, это дело для Скотланд-Ярда».

С самого начала своего существования Скотланд-Ярд и все полицейские вызывали острую критику со стороны общественности. Само существование полиции считалось ущемлением гражданских прав англичан и связывалось со смертной казнью, а также с политической слежкой и запугиванием неугодных со стороны правительства. Когда лондонская полиция только создавалась, было решено сделать так, чтобы форма полицейских не напоминала военную. Полицейских одели в синие мундиры и брюки и выдали им большие кроличьи шапки, укрепленные изнутри металлическим каркасом, чтобы обезопасить офицера на случай, если преступник ударит его по голове. Такие шапки можно было использовать как подставку, помогающую перелезть через стену или забраться в окно.