Позже Джастин позвонил Кате и сказал, чтобы она разбирала чемоданы и выкидывала списки. Вместо свадебного путешествия она будет заниматься переездом. Одновременно с переездом, по вечерам и воскресеньям (субботы, естественно, теперь снова станут рабочими) он будет учить ее вести бизнес. Она заменит Джастина в Старлегион. Солнечные пляжи Гавайи, беззаботная беременность, счастливое молодоженство остались в мечтах. Там же и оказалась вера в то, что они будут принимать решения вместе и на первое место ставить семью.

43. Начало семейной жизни

Катя не хотела переезжать. Жизнь с Джастином словно зависела от комнаты, в которой она происходила. Вот тут, в квартире, уютно, счастливо, заботливо — такой опыт. А в корпоративном доме будет молчание, злость, насилие. Будто на отношения влияют стены, а не люди.

Катя и в свадебное путешествие хотела. Она плакала, закрыв лицо ладонями. Джастин сидел напротив нее и терпеливо обещал, что они поедут позже, через полгода.

— Через полгода у меня будет огромный живот, — ее горе было невыносимо.

Джастин не тратил время, чтобы успокоить. Встал и пошел делать чай. По резким стукам чашек было понятно, что и он расстроен, или зол на Катю. Он принял решение. Всё. Нет смысла горевать, если ничего не изменить, если так много работы. Собрались и за дело.

Полдня в колледже, договориться с клининговой компанией, Джастин не знает, какая лучше — выбрать самой, заказать коробки, укладывать вещи, искать перевозчиков, не звонить мужу — он занят, самой решать какие из его костюмов перевозить, какие оставить, ездить к врачу, готовиться к лекциям, знакомиться с будущими подчиненными в Старлегион, раскладывать вещи в доме, не забывать заказывать еду.

По вечерам, когда дрожали руки, ноги, тело от ответственности и объема задач, и постоянного переступания через себя из необходимости делать столько всего в первый раз, принимать десятки мелких решений в день, когда хотелось расслабиться и часами гладить живот, они сидели с Джастином перед монитором. Он рассказывал, рисовал схемы на бумаге, давал “домашнее задание” — изучать его наработки по ведению бизнеса. А у Кати смазывались строчки перед глазами, и экран казался белым, а голову забивал плотный туман, и больше всего она боялась показаться мужу тупой, отчего тупила нещадно.

Через несколько недель, когда проект по переезду был закрыт, они расположились возле бассейна. Джастин полулежал с ноутбуком на коленях, Катя сидела рядом, выпрямившись неестественно, назад плечами, выпячивая едва налившийся живот. Джастин подготавливал ее к переговорам с заказчиком. Он говорил, она кивала головой, отвечала “угу”, если он спрашивал, понятно ли ей. Но на самом деле, ей не то что было непонятно, она не различала даже смысла произносимых слов. Подступили слезы, и все усилия она тратила, чтобы сдержать их. Катя чувствовала себя школьницей, которой родитель объясняет математику. Сейчас он начнет кричать, что дочь дебилка и не понимает элементарного. А то и руку занесет.

— Катя, тебе точно всё понятно?

— Ой, мне нужно в туалет.

Она вскочила, и слезы покатились, как только повернулась спиной. В туалете умылась, отдышалась, натерла лицо жестким полотенцем.

“Раз надо, значит надо” — сказал она своему отражению в зеркале.

— Джасти, я очень волнуюсь. Я никогда не вела переговоры раньше, до этого. Полежи со мной в обнимку, я успокоюсь, и ты мне расскажешь снова.

Джастин смотрел на нее не улыбаясь. Отложил в сторону ноутбук, Катя легла рядом. Он гладил ее лоб снизу-вверх и говорил:

— С тобой будет Гарри. Он знает все нюансы. Тебе нужно только сидеть с уверенным видом.

— А что, мне не надо говорить всё то, чему ты сегодня меня учил.

— Если сможешь. Если нет, просто сиди и улыбайся. И закинь вакансию директора. Тебе нужна помощь.

Кате некому было сказать, что она девочка, что она студентка, что она находится в деликатном и уязвимом состоянии, вынашивая ребенка. Что ей не нужно стараться соответствовать чьим-то ожиданиям, пусть это и ожидания любимого человека. Что она играет свою роль, жены, резонатора, тыла. Что нет в ее характере руководящих качеств, нет опыта, острых зубов, достаточной экстраверии. Кате некому было сказать, что тупить нормально, что она нормальная. Вероятно, по этой причине она выбрала Мэтта.

А Джастину некому было дать по шее и объяснить вещи, тоже элементарные, но не в области ведения бизнеса. Единственный человек, который имел над ним влияние, уехал на очередные гастроли, мыслями и сердцем увлекшись первыми взаимными чувствами. В этом турне его сопровождал Пабло из Нью-Мексико. И в первый раз за четырнадцать лет Джереми забыл о Джастине.

***

— Меня зовут Мэтт Дэймон.

— Тот самый Мэтт Дэймон?

— А вы о каком его герое сейчас подумали?

— О талантливом мистере Рипли. Мой любимый фильм.

— Ненавижу геев. Это не повлияет на ваш выбор?

Катя растерянно смотрела на молодого парня. Он был похож на известного актера, своего тезку и почти однофамильца (фамилию свою — Дэмэн — он переврал). Русые волосы, маленькие глаза, широкий подбородок.