Читаем Двуявь полностью

- Нет, сыщик, - она оскалилась, - после того, что сегодня было, отсиживаться я не намерена. Да и терять мне, собственно, больше нечего. Теперь либо я, либо мой папаня - других вариантов нет.

- У тебя остались бойцы? Вроде тех, из клуба?

- Фиг там. Думаешь, папахен мне разрешил бы армию собирать?

- Ладно, это я так спросил, для проформы. Лихой кавалерийский наскок - не наш метод, силы заведомо неравны. Надо как-то иначе.

С минуту они молчали и хмурились, размышляя, а Эля таращилась на них, будто испуганный суслик. У Марка мелькнула мысль, что более нелепый отряд составить, пожалуй, сложно. Вслух он спросил у Риммы:

- Отцовский дом - в Плакучей Балке, насколько я понимаю?

- Где ж ещё. Понты - без них никуда.

- Ты там постоянно живёшь?

- Нет, только иногда заезжаю в гости. У меня квартира в городе.

- Так... А в доме есть какой-нибудь задний двор с отдельной калиткой? В парадную дверь ломиться - особого желания нет.

- Калитка есть, пропускает только своих.

- Тебя в том числе?

- Естественно. Но что толку? На территории - охрана, 'пустышку' стопудово пасут. Да и вообще, не факт, что амулет при нём - постоянный контакт не нужен.

- То есть амулет могли прилепить к 'пустышке', настроить, потом опять отодрать и засунуть в сейф? Понятно. Но всё равно на этого доходягу надо взглянуть поближе, так что придётся ехать.

Он, впрочем, понимал, что в нынешнем виде план больше похож на самоубийство. Оставалось только надеяться, что по пути в посёлок озарит какая-нибудь идея или подвернётся неожиданный козырь. Если, конечно, вообще существуют козыри, способные побить Кузнецова-старшего в его собственном логове...

Римма, похоже, испытывала те же сомнения:

- Надо подготовиться - хоть пару 'змеек' захватить, что ли...

- Согласен. А где достать?

- Есть тут один человечек, на рынке крутится.

- Что ж, давай навестим.

Поднявшись из-за стола, они вышли на улицу - и застыли от неожиданности.

На небе светило солнце, и это был уже не случайный луч, продравшийся сквозь слой облаков, а полновесный золотой диск на широкой синей прогалине. Глаза окрестных домов сверкали, зайчики прыгали по стёклам автомобилей, искрился мокрый асфальт. Прохожие сладко жмурились; остатки листвы на деревьях вновь подкрасились жёлтым, а водочный ларёк кокетливо подмигнул.

- Как классно! - сказала Эля. - Теперь, может, ещё потеплеет...

- Угу, - пробурчала Римма, - и лето наступит к Новому Году. Хватит трындеть, у нас дел полно.

Она повела их вдоль бетонной ограды рынка - но почему-то не к центральным воротам, а в противоположную сторону. Марк поинтересовался:

- Это что за хитрый манёвр?

- Тут примерно как с папашкиным домом - проще зайти через чёрный ход.

Они дошли до угла, свернули, огибая торговую территорию. Марк краем глаза прочёл заборную надпись, сохранившуюся с прежних времён: 'Кто болеет за 'Спартак', у того стоит ништяк!' Оставалось надеяться, что теперь, когда 'Спартак' пребывает в неизведанных далях, у автора по-прежнему всё в порядке.

Наконец они оказались-таки у цели - одна из секций в заборе отсутствовала, а поблизости отирался пацан с нагловатой физиономией. Римма поманила его и о чём-то тихо спросила. Эля тем временем подёргала сыщика за рукав:

- Не ходи туда с ней, пожалуйста! Будет плохо, я чувствую!

- Эля, - Марк устало вздохнул, - может, всё же домой поедешь? Если боишься, зачем с нами увязалась?

Она надулась и не ответила. Пацан, окончив переговоры с Риммой, окинул гостей оценивающим взглядом и мотнул головой - за мной, мол, не отставайте. Они шагнули в проём.

***

Часть крытого рынка, куда их завёл новоявленный проводник, была давно и безнадёжно заброшена. В прошлой жизни тут распродавали самое убогое барахло почти по оптовым ценам, но после Нуля, когда челночный бизнес зачах, оставшиеся торговцы перебрались в центральные ряды, как белые люди. Задворки же теперь напоминали площадку для съёмок бездарной антиутопии - в полумраке громоздились пустые металлические контейнеры, из чрева которых тянуло сыростью; бродило гулкое эхо, в асфальте зияли трещины.

- Ждите, - сказал пацан и исчез в боковом проходе.

Гости настороженно озирались. Контейнерный лабиринт здесь чуть расступался в стороны, словно расколдованный лес, и сквозь него тянулась длинная просека с плесневеющими прилавками.

Похоже, люди тут появлялись периодически - за ближайшим прилавком Марк разглядел невысокий раскладной столик и две хлипкие табуретки. Если отвлечься от остальных декораций и от того, какой сейчас год на календаре, можно было даже представить, как чернявые коммерсанты, сидя тут и краем глаза присматривая за продавцами, играют в нарды и лениво переговариваются гортанными голосами...

- Ага, - сказала Римма, - ну наконец-то.

Из проёма между двумя контейнерами выбрался рослый тип со спортивной сумкой через плечо - остановился у столика, оглядел визитёров поверх прилавка, цокнул языком и сказал:

- Ну надо же! Госпожа Кузнецова лично...

- Давай без предисловий, Бабай, - брезгливо перебила она, - мне некогда. Интересует ассортимент. Есть что - показывай, нет - мы сваливаем.

- Не суетись, всё будет.