Читаем Двуявь полностью

Посетительница, возникшая на пороге, была затянута в кожу. Облегающая куртка на молнии и не менее облегающие штаны, до блеска вылизанные дождём, не скрывали ни единой округлости. Мелькнула мысль, что у Мисс Август с календаря наконец-то нашлась достойная конкурентка. Вот только причёска у новоприбывшей была другая, совсем короткая - белый намокший 'ёжик'. Да и взгляд разительно отличался - хищный зеленоватый блеск вместо кукольной пустоты.

Незнакомка полюбовалась на выцветшие обои, треснувший подоконник и облупленный стол, где приткнулся телефон с диском, а рядом валялся вчерашний номер 'Медноярских ведомостей', открытый на странице с интригующим заголовком: 'Племянник разделал дядю на пилораме'. Хмыкнула, встретившись взглядом с настенной дивой, и уточнила:

- Это ООО 'Трейсер'?

Марк не стал извиняться за неумеренную фантазию компаньона, придумавшего название. Просто кивнул:

- Присаживайтесь.

Стул - выкидыш древнего советского гарнитура - протестующе заскрипел, но, к счастью, не развалился. Барышня закинула ногу за ногу и осведомилась:

- У вас тут случайно нельзя курить?

- Случайно можно. Я иногда проветриваю.

У гостьи не было сумочки (видимо, этот аксессуар нарушал бы образ), поэтому сигаретную пачку она достала из бокового кармана куртки. Марк, разглядев этикетку, только вздохнул. 'Капитолийский холм' с золотой каёмкой - объект престижа и понта, реликт, почти исчезнувший после Обнуления. Лишь изредка контрабандисты, отмороженные настолько, что решались соваться в Чёрное море, привозили партию из Европы. Товар, понятное дело, был не из тех, что продаётся в любом киоске за пару долларов. Помнится, лет пять или шесть назад некие шустрики попытались гнать контрафакт прямо в Медноярске, но отцы города сочли инициативу неуместной и даже вредной. Шустрики прогорели, причём в буквальном смысле этого слова - тела в сожжённом цеху едва опознали.

Мысленно совершив этот исторический экскурс, Марк упустил момент, чтобы предложить даме огоньку. Она, впрочем, и не ждала подобных изысков - чиркнула зажигалкой, затянулась и, выпустив струйку пряного дыма, уведомила:

- Надо кое-что отыскать.

- Вы обратились по адресу, - он пододвинул ей блюдце в качестве пепельницы. - У нас колоссальный опыт.

- Да, - подтвердила гостья, - это заметно. Бросилось в глаза буквально с порога. Серьёзная, динамично развивающаяся компания.

'Какая ты остроумная', - флегматично подумал Марк, а вслух произнёс:

- Не стоит судить по первому впечатлению.

- Я и не собираюсь, - сказала она спокойно. - Прежде чем приехать сюда, я навела подробные справки. Судя по отзывам, вы демонстрируете определённую эффективность. Которая, до известных пределов, нивелирует одиозность применяемых методов.

- Если вы запишете этот тезис, я повешу его на стенке - в качестве кредо нашего предприятия. Так что мы будем искать?

- Прежде всего, давайте примем меры предосторожности.

- Да, разумеется. Стандарт? Пчелиное жало?

- Переводнушка.

- Как пожелаете.

Он поддёрнул рукав рубашки и положил предплечье на стол, словно собрался сдавать кровь на анализ. Гостья раздавила окурок в блюдце и опять полезла в карман - выудила плоскую пластмассовую коробочку, по виду напоминавшую пудреницу. Но вместо пудры внутри оказался круглый лоскут из прозрачной плёнки, на котором штрихами была изображена змеиная пасть. Заказчица приложила плёнку к запястью Марка и прижала сверху ладонью.

- Настоящим подтверждаются гарантии конфиденциальности и лояльности, - сказал Марк раздельно и внятно. - Информация, полученная от клиента, не может быть полностью или частично разглашена, передана в распоряжение третьих лиц или умышленно использована клиенту во вред. Обязательство вступает в силу с момента произнесения.

Он ощутил болезненно-резкий укол в запястье. Клиентка убрала руку. Плёнка потемнела и съёжилась, рисунок с неё исчез, зато на коже теперь имелись две свежие глубокие ранки, словно след от ядовитых зубов. Ранки эти, впрочем, тут же начали зарастать - обязательство принято, шрам через час-другой окончательно рассосётся. Марк попытался вспомнить, сколько таких 'гадюк' уже его покусали. С полдюжины, пожалуй, не меньше - это не считая двух десятков 'пчелиных жал'. Мечта мазохиста. А какой будет букет ощущений, если нарушить клятву...

- Итак, - он выбросил плёнку в урну. - Я слушаю.

- Пропала ценная вещь, семейная реликвия. Вот, взгляните, - она протянула ему лист бумаги с карандашным наброском.

- Амулет?

- Да, назовём его так для краткости.

- Может, есть фотография?

- Его никогда не фотографировали и не выносили из дома - такие вещи не предназначены для посторонних глаз. Вы меня понимаете?

- Безусловно. Какого он размера?

- Точно такого, как на рисунке. Я сохранила масштаб и постаралась отобразить все детали - по памяти, разумеется. Но, по-моему, получилось похоже.

- Вы хорошо рисуете.

- Ходила в художественную школу. Ещё до Обнуления.