Читаем Дворянин полностью

Путешествие из Архангельска для него слилось в одну непрерывную скачку. Как-то не помнил он покушений на Николая I… вот сынку его — да, досталось. Вроде как на Александра II было совершено аж семь покушений. «Борцы за свободу» выслеживали его выслеживали пока, наконец, не выследили. Причём, по информации из интернета — окончательно грохнули его чуть ли не в тот момент, когда он ехал подписывать Конституцию. А вот с его отцом всё было ровно… и тут на тебе — покушение. И ведь с момента коронации дай бог полгода прошло! Как так-то? Чего же это бывший майор тут такого натворил, что всякие террористы чуть ли не на пятьдесят лет раньше вылезли? Где напортачил? Так что мучимый подобными мыслями гнал он в Питер как не в себя. И потому добрался до него довольно быстро — всего за две недели… Как выяснилось — торопился он зря. Впрочем, понятно это стало уже в Шлиссельбурге. Нет, некие отрывочные сведения о покушении он, естественно, получил намного раньше — от того же фельдъегеря, привёзшего приказ, и потом — в Верхневыговском монастыре и в Лодейном поле, где он останавливался на ночлег и смену лошадей, но именно в Шлиссельбурге он получил достаточно точную информацию о том, что произошло. Получил и аж плюнул в сердцах. Ну вот какого нужно было срывать его с места⁈ И в этих раздрайных чувствах он и прибыл в город, сразу направившись напрямую во дворец… где и поругался с императором. Дебил! Теперь, успокоившись, он понимал это совершенно точно. Нужно было заехать домой, помыться, поесть, и только потом идти к Николаю. Да и там не обвинениями кидаться, а сидеть да поддакивать. Тому ведь выговориться нужно было, пожаловаться/поплакаться кому, перед кем не стыдно нервы свои показать, а Данька, дурак этакий, всего этого не понял и принялся свой характер показывать да обвинениями кидаться. Ну, да что уж теперь делать… Как бы там ни было — раз уж всё так случилось, значит завтра с утра надо быстренько проинспектировать что тут успели сделать за время его отсутствия и не требуется ли где-нибудь сделать «животворящий пинок». Вероятность этого была не очень большой — всеми проектами у него занимался народ, любящий своё дело и горящий энтузиазмом, так что от него требовалось только направлять его в нужную сторону, но мало ли что…

Как выяснилось — «мало ли что» действительно случилось. Причём, считай, на главном направлении — строительстве железной дороги.

Трассировку маршрута, который, как и планировалось, проложили не как в прошлый раз — почти напрямую, а через Великий Новгород, Торжок и Клин, закончили ещё прошлым летом. Самый сложный объект на маршруте — мост через Волгу в районе Твери должен был строить Челиев из своего водостойкого цемента. То есть не весь, а быки для него естественно… пролётные строения должны были возводить из уже привычных клёпанных балок. Так что все вопросы были, вроде как, решены. За исключением одного — с землёй. Но за зиму планировалось выкупить первые участки, которые должны были обойтись наиболее дорого, потому как располагались рядом с обеими столицами, и с апреля месяца начать строительство… Так вот, как выяснилось — почти треть земель, на которых должно было развернуться строительство в этом году, к настоящему моменту выкупить так и не удалось. И виноват в этом по большому счёту оказался сам Даниил.

Дело в том, что его «демарш» во время казни декабристов и случившаяся после этого публичная опала привели к тому, что «общество» отчего-то решило, что молодой император не только отправил в опалу своего прежнего «фаворита», но и полностью охладел ко всем его проектам. А потому с ценой на выкупаемые участки теперь можно развернуться по полной. Высочайшего покровительства-то теперь нет — значит можно не стесняться…

Узнав про это Данька едва сразу же не рванул в Петербург, к Николаю… но затем решил придержать коней. Он и так уже наломал дров со своим высокопоставленным покровителем — так что усугублять ситуацию было не нужно. Пусть император остынет, успокоиться, соскучится в конец концов… перед его отъездом на север тот пристрастился слушать его рассказы о будущем. Причём, не о каких-то там великих чудесах — полётах в космос, атомных электростанциях или небоскрёбах высотой в полкилометра, а об обычной жизни. Например, как ездил в отпуск обычный майор-интендант со своей женой. Ну, когда ездил, конечно… всё ж таки у них с Марьяной всегда было весьма обширное хозяйство, так что куда-то из своего посёлка они выбирались только когда могли оставить его на кого-то из родни. А это случалось почти исключительно тогда, когда его премировали какой-нибудь путёвкой в военный профилакторий или санаторий. Ну, или когда дети поступали в институты или военно-морское училище…