Читаем Двое для трагедии полностью

– Да, мы были у Вайпер и убедили ее позвонить тебе, – тихим голосом сказала мать.

Я мрачно усмехнулся.

– Не сомневаюсь в этом, – холодно сказал я. – Просто скажите мне, где она, и тогда, клянусь, я прощу вам и никогда в жизни не укорю этим.

– Мы объяснили ей, что она не права, и что для вас обоих будет лучше, если вы расстанетесь. Она поняла это, и ты должен понять.

– Вы не убедили, а заставили ее позвонить мне. И я знаю, чем вы пригрозили ей, в случае отказа.

– Даже если это так, ты должен знать: все это – для твоего блага! – Мать положила руку на сердце, и этот глупый жест вызвал у меня насмешливую улыбку.

– Какое право вы имеете распоряжаться моей жизнью! Какое право вы имеете делать выбор за меня! – Я повысил голос, еле сдерживая свой гнев.

– Имеем! Мы дали тебе жизнь! И я, твоя мать, родившая тебя, как никто другой имею право распоряжаться твоей жизнью! Твоя жизнь принадлежит мне! Мне, а не тебе, и, тем более, не этой проклятой смертной! – вскрикнула мать.

– Эта проклятая смертная мне дороже, чем все вы, – мрачно процедил я сквозь зубы.

– Замолчи! Замолчи, несчастный! Как ты смеешь говорить такое своей матери? – громом прозвучал крик отца.

– А как смеете вы отбирать у меня то, что вам не принадлежит? Как вы посмели отнять у меня Вайпер! Законченные эгоисты, вы не можете принять того, что ваш сын любит смертную? – невольно сжав кулаки, процедил сквозь зубы я.

– Да! И я проклинаю тот день, когда вы встретились! – с яростью парировал мне отец.

– А я проклинаю день, когда вы дали мне жизнь, раз сейчас собственноручно отобрали ее у меня!

– Ты не понимаешь, что говоришь! – крикнула мать.

Но я не слушал ее: я быстро зашагал по залу, не помня себя от ярости.

– Где Вайпер? – в очередной раз потребовал я ответа.

– Ты больше никогда не увидишь ее, – хладнокровно сказал отец.

– Что вы с ней сделали?

– Она мертва. Ты должен забыть о ней, – твердым тоном ответила мать.

– Не верю. Вайпер жива, и вы просто хотите уверить меня в том, что искать ее бесполезно, – мрачно сказал я, не веря ее словам.

– Все это мы сделали ради твоего блага и счастья!

– Моего счастья? Нет, мама, ты заботишься лишь о своем благе! Где моя Вайпер? Отвечайте!

– Ты никогда не найдешь ее! Она – зло для тебя, язва, отрава! Как ты этого не понимаешь! Мы убили ее! – с отчаянием в голосе воскликнула мать.

Я был вне себя от отчаяния и взвыл как дикий зверь. Машинально схватив кресло, я бросил его в родителей: мне хотелось избавиться от них, покалечить их – так безгранична была мой ненависть к ним.

Родители легко увернулись от брошенного мною кресла, и я заметил, как округлились их глаза – они явно не ожидали от меня такой ярости.

– Где Вайпер? – в который раз мрачно спросил я.

– Ты никогда больше не увидишь ее. Ее больше нет. Мы – твоя семья, и мы любим тебя! – дрожащим голосом ответила мать.

– Бессердечные! – Подойдя к камину, я снял со стены огромный семейный портрет. – Моя семья? – Я с силой ударил картиной об острый край камина: рама тут же разлетелась, холст лопнул, и я медленно и хладнокровно разорвал его на куски.

Мать вскрикнула и заплакала. Отец ошеломленно смотрел на меня, словно не веря своим глазам.

– Моя семья? У меня больше нет семьи. Вайпер была моей семьей, но вы забрали ее у меня, – тихо сказал я.

– Сейчас ты страдаешь, но вскоре обязательно исцелишься от нее! – со слезами на глазах воскликнул отец.

– Моя любовь к Вайпер – не болезнь. Вы лишили меня той, ради которой я существовал.

– Она привела бы тебя к могиле! Ты стал бы таким же живым мертвецом, как Барни! Если ты не хочешь думать о себе, то подумай обо мне! Какие страдания ты причиняешь мне своими словами! Как я смогу жить без тебя? Мы спасем тебя, если ты не хочешь спасти себя сам! – Голос матери прерывался слезами, но я был равнодушен к ним.

– Спасая меня, вы сами же приблизили мой конец, – спокойно сказал я: силы покинули меня, ярость утихла, и во мне осталась лишь тихая ненависть. – Вы убили ее… Теперь я верю. Вы посмели убить ее.

– Тебе кажется, что мы жестоки, что мы не имели права касаться вашей так называемой «любви», но, Седрик, мы твои родители, и мы живем ради твоего счастья, и это наш долг – устранять твои ошибки! – сказала мать, не переставая плакать.

Отец обнял ее и с болью в глазах посмотрел на меня.

– Смотри, что ты натворил, неблагодарный! – тихо воскликнул он.

– Это наш долг: спасти и уберечь тебя от неверного пути и вернуть к жизни! – продолжила мать.

– К какой жизни? Вайпер была моей жизнью, так что вы оставили мне? Вы думаете, что без нее я буду жить? Глупцы! Вы лишь ускорили мой путь к увяданию и падению! Я никогда не прощу вам убийства Вайпер. Я ненавижу вас! Отрекаюсь от вас! – Я пулей вылетел из зала, спустился в гараж, сел в первое попавшееся авто, слыша громкое рыдание матери и крики отца, и уехал, куда глаза глядят.