Читаем Дверь в зиму полностью

Олег затормозил на обочине, собираясь броситься на помощь – он и сам не ожидал, что окажется к этому готов. Из машины вывалился полупьяный мужик, немного прошёлся на четвереньках и с трудом поднялся, оперевшись о капот. «Чё? – спросил он в пространство. – Ничё, нормально всё…» Пострадавшим он явно не выглядел. Возиться с ним Олег не стал, поехал дальше, пытаясь переварить происшедшее – получалось, он только что увидел траекторию ещё не случившегося события.

Чувствовалось, что поиски близятся к завершению. Он уже понял, что нужное место находится где-то в круге диаметром сорок-пятьдесят километров. Точнее определиться с местом и с тем, что именно он там должен сделать, пока не получалось. Поразмыслив, он решил, что ему запросто может не хватать какой-то важной информации. Получить её было неоткуда, хотя… мистер Томас Т. Томас – вот кто наверняка мог рассказать всё. Жаль, что на равных поговорить не удалось… Как он сказал тогда? «Не останется даже тропинки между звёзд, которую могли бы назвать твоим именем…» Потрясающе звучало, хотя Олег понятия не имел, о чём шла речь.

Подумав, Олег решил заглянуть домой – навести справки, а заодно пополнить отощавший кошелёк. Деньги окончательно иссякли, продавать больше было нечего. По опыту зная, что в выходные дни окрестные дороги заполняют дачники, он решил переждать до понедельника, устроив небольшой перерыв в поисках. Спалось спокойно; ему словно решили дать отдохнуть. Он купался в местной обмелевшей речушке, собирал на поляне землянику и даже напился с трактористом, который проезжал мимо. Словоохотливый небритый мужик сам предложил ему тяпнуть по маленькой, пересказал местные новости за прошедшие десять лет, и Олег веселился, слушая его благодушный трёп.

В понедельник он развернул машину и поехал обратно. Настроение было задумчивое, в таком настроении ехать лучше всего – руки-ноги делают свою работу, а голова, как ей положено, витает где-то в облаках… Олег сам не заметил, как отмахал почти до кольцевой. Заправившись перед въездом на остатки мелочи, он направился в туалет. Странное состояние опять сыграло с ним шутку, на этот раз злую – открывая дверь, он запоздало почувствовал в затылке странную щекотку, но остановиться на полушаге не смог… и вывалился из кладовки собственной квартиры, опять споткнувшись о пылесос.

Ольга взвизгнула и вскочила с постели, закрываясь одеялом. В комнате было сумрачно, шторы отсекали солнечный свет. Олег, стоя на четвереньках, помотал головой.

– Ты всё в постели, – сказал он жене. – День давно на дворе.

Жена, прижимая одеяло к груди, прищурилась в его сторону. Олег не спеша поднялся, зачем-то потрогал колени и отправился на кухню – опять жутко болела голова, хотелось пить. Он достал с полки длинный стакан, налил его из-под крана и начал жадно глотать, словно не пил, а ел, откусывая воду большими кусками.

Жена почти пришла в себя – во всяком случае, одеяло отпустила. Осмелев, прошла мимо Олега и встала у окна, уперев руки в боки.

– И долго ты прятался в кладовке?

– А что, – он оторвался от стакана, – за всё это время ты так и не решилась там прибрать, да?

– А ты надеялся, что я рождена для швабры? – Она потихоньку выходила из обороны. Олег усмехнулся; партия читалась на несколько ходов вперёд. Он легко соврал:

– Бедная, ты даже не знаешь, сколько времени я там провёл.

Жена замолчала на полуслове, вздёрнула голову и ушла обратно, шлёпая босыми ногами по полу. По идее, Олегу стоило бы учинить грандиозные разборки с пристрастиями. Но ему почему-то было наплевать – он допил, аккуратно поставил стакан в раковину и остановился на пороге комнаты, глядя, как жена одевается. Странно, но женское тело сейчас его не возбуждало. Хотя, может быть, не возбуждало именно это тело.

– Слушай, – сказал Олег. – Ты не одолжишь мне денег? И по тому, как сложился вопрос, он почувствовал, как много изменилось. Вряд ли он смог бы сформулировать, что именно. Но то, что он вошёл в этот дом совсем другим, чем когда-то из него вышел, отложилось в голове.

– И сколько? – вызывающе спросила жена, натягивая на себя лёгкий свитер. Она снова почувствовала себя хозяйкой положения. Олегу даже стало её жалко.

– Тысячу… – Жена напряглась. – Рублей. Ненадолго, на месяц.

Ольга глянула на него брезгливо и потянулась к сумочке. Вытащила оттуда несколько купюр, пошла в прихожую, порылась в карманах плаща. Олег поглядывал на всё это со снисходительной усмешкой.

– Тысячи нет, – сказала жена, вернувшись. – На карточке всё. Есть шестьсот двадцать рублей. Тебя устроит? – И снова состроила гримаску, словно подавала бомжу.

– Ага. – Олег радостно кивнул и сцапал деньги. – Всё, я пошёл. Пыль вытирай хотя бы. – Он не решился снова отправиться в кладовку, прошёл в прихожую и открыл дверь на лестницу. – Я загляну как-нибудь. Пока. – И потопал вниз.

Выскочив на улицу, он думал только об одном. Оказывается, не только Томас может уходить в дверные проёмы. Спросить бы у него, как делать это правильно…