Читаем Две недели до рая полностью

– Ненавижу вокзалы, – пробурчал мой помощник, потирая ушибленное место.

Мы огляделись.

– Что-то я не вижу никаких строительных лесов, – сказал Ваня, – может, наврала тетка?

– Наверное, ремонтируют здание со стороны путей. Тут, на главном фасаде, сплошное стекло, а там старые стены с фигурными арками. Пошли внутрь.

Пока мы пробирались к выходу к платформам, недовольные комментарии от Ивана сыпались как из распоротого мешка. «Тесно, душно, дует вентиляция, полиция смотрит с неуважительным подозрением, прошло сто лет, а что говорит диктор по громкоговорителю, до сих пор непонятно».

– У тебя мрачный взгляд на жизнь, – резюмировала я, когда мы снова оказались на улице, пройдя, по мнению Ивана, не сквозь вокзал, а девять кругов ада.

– Не люблю толпу и возню, – ответил он.

– Никто не любит. Посмотри, – я кивнула в сторону стены, которая скрывалась за строительной сеткой. Рабочие сновали под ней как муравьи.

– Эй! – крикнула я какому-то работяге в желтой каске и синем комбинезоне, который шел мимо. – Добрый день! Подскажите, как нам найти Андрея Светлова? Он вроде тут работает.

Парень приподнял каску в знак приветствия и обернулся куда-то в сторону лесов:

– Андрюха!

– Оу! – донеслось из-за сетки.

– Тут к тебе пришли, выходи! – Рабочий обернулся к нам: – Он там окошко штукатурит на первом этаже.

Из-за полотнища сетки на прогретый солнцем асфальт вышел молодой человек, тоже в каске и испачканном штукатуркой комбинезоне, надетом без футболки прямо на голый торс. Он вытер руки о тряпку, которую тут же откинул в сторону, и провел тыльной стороной ладони по лбу. В моей голове все это произошло под медленную и призывную музыку. Свидетели не соврали – парень был сногсшибательно красив.

– Это вы Андрей? – спросила я, когда он подошел ближе.

Голос мой прозвучал неожиданно хрипло.

Молодой человек коротко кивнул, снимая каску. Отросшие волосы цвета льна рассыпались из-под нее светлой волной.

– Я Татьяна. Это Иван.

– О’кей, Татьяна и Иван. Что вы хотели?

– Мы занимаемся расследованием смерти Алены Каменцевой по просьбе ее отца.

– Кто это «мы»? Вы же явно не из полиции, – Андрей скользнул взглядом по моим шортам.

Я вытащила из кармана свое удостоверение частного детектива.

– Ого, частный детектив, – вчитался Андрей, – настоящий?

– Нарисованный, – сострил Иван, и мне пришлось толкнуть его локтем.

– Вы можете с нами поговорить?

– Об Алене?

– Об Алене.

– Думал, это уже прошлая история, – парень слегка тряхнул челкой, и я раз и навсегда поняла, почему Алена с ним встречалась.

Это было такое живое, ненаигранное движение, что оно вполне было бы уместно в рекламе мужского нижнего белья. Отказать себе в удовольствии владеть такой сексуальной игрушкой смогла бы не каждая женщина.

– Мы понимаем. Но вы же виделись с ней после того, как Качанов запретил дочери встречаться с вами?

– Да нет, – удивился Андрей, – с чего вы взяли?

Мы с Иваном переглянулись.

– А что, – осторожно начала я, – после того как вы расстались, больше никогда не встречались?

– Виделись несколько раз, – ответил Андрей, – но это было два года назад.

– Расскажите, пожалуйста. Это очень важно, – попросила я.

Андрей засунул руки в карманы. Я поняла – так просто от него ничего не добьешься.

– Почему? Я что, подозреваемый?

– Нам важно все, что происходило в ее жизни. Сейчас каждая деталь имеет значение.

Андрей тихо выругался.

– Слушайте. Эта история с ее смертью ко мне не имеет никакого отношения. Мы давно друг другу чужие люди. Я женат. Моя жена даже не знает, что я встречался с Аленой. Не хочу все это вытаскивать.

Я попыталась быть максимально убедительной. Если бы только Иван не сверлил взглядом своего – как я теперь понимала – прямого соперника!

– К вашей жене это не имеет отношения. Просто расскажите о том времени, когда вы встречались.

Андрей помолчал. Я достала из рукава козырь, заставивший разговориться Дашу.

– Полиция о вас пока не знает. Хотите, чтобы так и оставалось?

– Шантажисты! Отлично придумано! – засмеялся Андрей, правда, произнес он не «отлично», а совсем другое слово.

Лицо Ивана побелело. Мне пришлось снова взять его за локоть. Я почувствовала пальцами мурашки гнева на его гладкой, загорелой коже.

– Почему вы отказываетесь? – не выдержала я. – Смерть Алены вас совсем не тронула?

– Тронула, – ответил Светлов, – но это не ваше собачье дело, мадам.

Иван угрожающе выдвинулся вперед, вроде никак не смутив этим движением нашего строителя.

– Не надо грубить, – сказала я, – согласитесь, лучше вам поговорить с нами, чем с полицией.

– Мне плевать на полицию. Могу и с ними поговорить.

– Для Алены и ее отца лучше было бы, если бы поговорили с нами. Вы ее убили?

Андрей вытаращил глаза:

– Совсем охренели? Конечно, нет.

– Вот видите, – улыбнулась я, – тогда вам скрывать нечего. А в полиции могут так не подумать.

– Ну, во-первых, я в новостях слышал, что они ее хахаля ищут, – буркнул Антон, почему-то оглянувшись.

– Так ведь могут и не найти. А тут вы, несостоявшийся Ромео. Может, отомстить решили за прошлые обиды?

– У меня алиби. Могли бы поинтересоваться, прежде чем обвинять.

– И где вы были в полночь двадцать первого августа?