Читаем Два рейда полностью

Скоро все выяснилось. Оказалось, что приятель молодого хозяина с женою приехали в гости. Увидав в окно группу вооруженных, вошедших во двор, они схватили пистолеты и приготовились к самообороне. У мужчины, кроме пистолета, оказалась еще и граната. Он намеревался бросить ее в случае, если вооруженные попытаются применить силу. Спокойный и мирный голос Бокарева предотвратил несчастье.

Гости повеселели. И после, уже за столом, со смехом вспоминали, как они хотели двумя пистолетами и одной гранатой защищаться от двадцати автоматов…

Бокарев расставил наблюдателей и расположил бойцов на отдых… Дневка прошла спокойно. Вечером группа выступила в поход и к утру настигла главные силы соединения.

А через сутки часть отряда Подковы вновь ушла на задание с девятой и четвертой ротами и артиллерийской батареей.

В это время нашим разведчикам удалось раскрыть строго засекреченный военный завод «Сталева Воля». На нем изготовлялось артиллерийское вооружение, снаряды, ремонтировалась боевая техника. Некоторые даже утверждали, что завод выпускает детали к ФАУ-1.

Ударной группе под командованием Бакрадзе было поручено вывести из строя этот завод. Поручик Подкова кратчайшим путем вывел партизан к месту.

Завод находился в лесу в двух километрах от реки Сан. Охранялся усиленными отрядами гитлеровцев. Вокруг завода возвышались мощные укрепления. Подобраться к нему было очень тяжело, это потребовало бы больших жертв со стороны партизан. Зато электростанция и водокачка, снабжавшие завод электроэнергией и водой, находились непосредственно на западном берегу Сана и были хорошо видны с восточного берега.

Бакрадзе подозвал заместителя командира артбатареи Якова Михайликова и спросил:

— Что ты предлагаешь?

Яков Матвеевич Михайликов был мастером своего дела, В отряде он с января 1942 года. Командовал противотанковой пушкой, артиллерийским и минометным взводами, а когда получили 76-миллиметровые орудия, был назначен заместителем командира артбатареи. Однако получилось так, что Михайликов фактически командовал батареей. Во всяком случае, выполнение боевых заданий лежало на его плечах. Это ему принадлежит идея ночной стрельбы прямой наводкой черёз ствол по вспышкам вражеских пулеметов при. штурме реки Ломницы, на подступах к Карпатам.

Он заслуженно пользовался славой хорошего артиллериста, за что партизаны прозвали его Яшкой-артиллеристом. К его авторитетному мнению прислушивались командиры пехотных подразделений.

И теперь на вопрос Бакрадзе Яшка-артиллерист ответил:

— Будем расстреливать с этого берега.

Бакрадзе принял решение: артиллерийским огнем с восточного берега разрушить электростанцию и водокачку. Поставили орудия на прямую наводку. Вася Алексеев и Виктор Морозов — снайперы артиллерийского огня — навели пушки на электростанцию. Через реку полетели снаряды. Эхом отозвались разрывы…

После нескольких залпов свет потух. Но здание электростанции виднелось белым пятном. Орудия продолжали обстрел. Возник пожар и осветил водокачку. Перенесли огонь на нее.

В результате обстрела были повреждены электростанция и водокачка. Завод некоторое время вынужден был бездействовать.

Весть о действиях советских партизан облетела многие села Люблинщины. К нам приходили все новые представители польских партизан с предложением о совместных боевых действиях. С каждым днем усиливались удары по гарнизонам и путям снабжения гитлеровцев на территории Польши.

Бои и диверсии, проведенные советскими и польскими партизанами, дали свои результаты. В одном из донесений в марте 1944 года гитлеровский руководитель железных дорог писал генерал-губернатору Польши Франку:

«Число подрывов составов при помощи взрывчатки, нападений на станции и железнодорожные сооружения (в Люблинском воеводстве) за период февраль — март сего года постоянно возрастает. В настоящее время в день в среднем насчитывается 10–11 налетов.

На некоторых участках можно ездить только с конвоем и только днем, как, например, на участке Лукув—Люблин. По другой линии, Завада—Рава-Русская, можно ездить только в определенные дни и в определенные часы, в остальное время движение здесь остановлено. Также и в Билгорайских лесах мы бессильны против нападения»[16].

Даже генерал-губернатор Франк вынужден был записать в своем дневнике, что одна треть Люблинской провинции уже не подчиняется оккупационным властям. Там не действуют ни администрация, ни исполнительные органы. Полиция может действовать на данной территории силами не менее полка.

Наше соединение продолжало активные боевые действия на территории Польши. Властная рука партизанского командира умело и решительно направляла удары народных мстителей по самым чувствительным местам противника.