Известно, как много этнических немцев, предки которых поселились в России еще во времена Екатерины, воспользовались возможностью для переезда на постоянное жительство в Германию. А ведь среди них многие стали квалифицированными специалистами благодаря полученному у нас бесплатному высшему образованию. Еще более существенная «утечка мозгов» произошла в Израиль. С переселенцами из бывшего СССР там на тысячу жителей стало вдвое больше инженеров и ученых, чем в США, и втрое больше, чем в Германии.

Хуацяо как первопроходцы

Поучительным примером для России может служить Китай, который эффективно используется хуацяо в качестве моста для налаживания деловых связей с внешним миром.

Что же представляет собой китайская диаспора по своей численности, географическому размещению и финансово-экономическому потенциалу?

Этнических китайцев, проживающих за пределами КНР, можно разделить на три категории. Во-первых, это «ближнее зарубежье». То есть 23 млн тайваньцев, а также 7 млн жителей Гонконга и Макао (теперь эти территории уже не колонии Англии и Португалии, а автономные районы КНР).

Ко второй категории относятся 21 млн хуацяо в Юго-Восточной Азии. Из них 7 млн проживают в Индонезии, по 5 млн в Малайзии и Таиланде, 3 млн в Сингапуре и 1 млн на Филиппинах.

Однако самая крупная община в «дальнем зарубежье» находится не в Азии, а на Западном побережье США, где насчитывается 13 млн этнических китайцев. (Поскольку жителей в России вдвое меньше, чем в США, аналогичный уровень «китаизации» означал бы присутствие на нашей территории 6,5 млн китайцев. Фактически их у нас примерно в сто раз меньше. Так что разговоры о «ползучей экспансии» и «китайской угрозе» для нашего Дальнего Востока – страшилки западной пропаганды.)

Таким образом, общая численность хуацяо составляет 64 млн человек. Это население крупного европейского государства. Впрочем, роль китайской диаспоры определяется не только ее численностью. Составляя лишь 5 процентов населения КНР, 64 млн зарубежных китайцев ежегодно производят лишь втрое меньше товаров и услуг, чем 1360 млн жителей материкового Китая, то есть более 30 процентов ВВП КНР. Проще говоря, они примерно в 6 раз превосходят соотечественников по эффективности своего труда.

Когда Китай начал переход к социально ориентированной рыночной экономике его первыми партнерами среди зарубежных предпринимателей стали именно хуацяо. Первые свободные экономические зоны на юге и востоке страны были прежде всего ориентированы на связи с Гонконгом и Тайванем. Предприятия, созданные на средства хуацяо, ныне производят треть китайского экспорта.

Налицо не просто желание зарубежных соотечественников способствовать модернизации своей исторической родины. Происходит формирование экономической зоны Большого Китая. Рабочая сила, природные ресурсы, поистине бездонный внутренний спрос КНР, финансовый и технологический потенциал Тайваня, коммерческий опыт Гонконга – все это, вместе взятое, позволяет экономической зоне Большого Китая стать в XXI веке генератором роста мировой экономики.

И вот итог, над которым стоит призадуматься. Хуацяо вложили в страну своих предков больше капиталов, чем США, Евросоюз и Япония, вместе взятые. На их долю приходится свыше двух третей всех прямых зарубежных инвестиций.

Так почему бы нашим соотечественникам за рубежом не взять пример с хуацяо? И почему в Москве не поучиться у Пекина разумному, то есть благожелательному отношению к русскоязычной диаспоре?

Главная задача пятого поколения

Перед пятым поколением лидеров Китая, то есть перед новым Генеральным секретарем ЦК КПК Си Цзиньпином, который стал и Председателем КНР, XVIII партийный съезд поставил амбициозную задачу: за предстоящие десять лет, то есть за два пятилетних срока его пребывания у власти, удвоить валовой внутренний продукт страны на душу населения.

Хотя Поднебесная уже больше трех десятилетий лидирует по темпам экономического роста и скоро обгонит США по объему экономики, по размерам ВВП на душу населения Китай значится не во главе, а в хвосте списка государств планеты.

Как еще отмечалось, Дэн Сяопин сформулировал три условия проведения реформ в Поднебесной и наметил три стратегических рубежа их осуществления.

По мнению Дэна, реформы в Китае имеют смысл, только если они, во-первых, ведут к росту производства, во-вторых, – повышают жизненный уровень народа и, в-третьих, – умножают совокупную мощь страны.