Читаем Дурная привычка полностью

— Подъем, отрыжка мироздания! — уже громче сказал я, сопроводив приказ пинком по ребрам. — Встать!!!

Серж вскочил и непонимающе захлопал глазами. На его лице, припухлым со сна, читалось недоумение, смешанное с обидой. Ничего, пусть лучше сейчас обидится на меня, чем потом его огорчит по полной программе Зона.

— Крохаль, что произо…

— Где твое оружие, сталкер?! — я не дал Сержу закончить. — Где оно?!

— Вот лежит! — Серж обиженно скривился и показал рукой на матрац. — Лежало, — добавил он после небольшой паузы, когда понял, что ночью лишился своего арсенала.

— Где оружие, сталкер?! — ярость, с которой я говорил, даже не была наигранной.

— Тут лежало, я вчера вечером укладывал. — Серж смущенно начал озираться по сторонам. Очередной пинок, на этот раз по голени, заставил его скривиться и зло посмотреть мне в глаза.

— Ты проспал оружие, сталкер, как ты теперь выйдешь в Зону?! Чем ты будешь там защищаться?! Своими кривыми ручонками?! Да первый же чернобыльский пес сожрет тебя за полсекунды?! Где твое оружие, сталкер?!!

— Не знаю! — Серж чуть не плакал. — Что мне делать, а, Крохаль?

Я демонстративно отвернулся от страдальца и медленно начал скатывать матрац, на котором спал. Сначала из-под него показался ПМ, потом ручка дробовика, а следом — пистолет — пулемет, вчера вынесенный из закромов барменом специально для нас. Серж смотрел на все это такими глазами, будто я только что раз десять пролетел по комнате и нагадил ему на голову.

— Вот твое оружие, — я ткнул пальцем в арсенал. — Ночью ты потерял его, тебя мог прирезать любой вшивый мародер!

— Но, мы же на территории «Долга»! — Серж говорил так, будто сейчас разрыдается.

— Мы в Зоне! — рявкнул я. — Тут нет территории «Долга» или «Свободы». Тут есть менее опасные и более опасные места. Безопасных нет! Запомни- нет! Оружие всегда должно быть в руках! Даже, когда ты ешь или мочишься. Причем, не просто в руках, а на боевом взводе. Максимум, что ты можешь себе позволить — убрать автомат за спину, когда входишь на базу группировки. Все! Больше с оружием не расставаться нигде! Это понятно?

— Понятно. — Серж кивнул. — Только все это можно было словами объяснить.

— Хорошо, — согласился я. — Объясняю словами: у тебя начался учебный процесс. Тут не школа. Вместо парт — трава, а вместо наглядных пособий — аномалии и мутанты. Приобретение опыта возможно только через собственную боль и ошибки. Если я начну все тебе разъяснять словами, то дальше Свалки мы, вернее ты, не уйдешь. Очевидные для меня вещи тебе непонятны, и на их разжевывание уйдет уйма времени. Ребенку нельзя объяснить, почему не стоит прикасаться к горячему, ему надо дать попробовать. Только тогда он поймет. Я могу тебе сто раз говорить, как выглядит и чем опасна та или иная аномалия. Ты, я не сомневаюсь, это поймешь. Но, понять мало, надо прочувствовать. Чувство это должно в тебя впитаться. А без боли такого не достичь никогда. Повторяю: никогда! Поэтому, если условия обучения тебя не устраивают, расходимся сразу. Свою жизнь лишний раз подвергать опасности я не согласен. Ясно?

— Я все понял, Крохаль, извини меня. Я могу взять оружие?

Растет парень! Прямо на глазах взрослеет. Молодец! Я кивнул. Серж принялся сортировать вновь обретенные стволы: зарядил и впихнул в кобуру на бедре ПМ, закинул за спину «Гадюку», взял в руки помповик.

— Сталкер Серж к выходу готов! — бодро отрапортовал он после этого.

Я критически осмотрел снаряжение, заставил Сержа попрыгать — ничего не звякало, проверил крепление подсумков и ремней разгруза. Все было отлично подогнано. Действительно — «готов». Только надо внести еще ясность. Я снял с шеи свой медальон и показал его Сержу.

— Смотри, это — медальон сталкера. — стальная пластинка вращалась на цепочке, посверкивая отраженным светом. — Мне его дал в свое время мой учитель — Охотник. У тебя такого нет, и получить его ты можешь лишь от меня. Только тогда ты будешь иметь право назвать себя «сталкер». До того ты — отмычка. Ты идешь впереди ведущего и выполняешь все его команды, не спрашивая. Если ведущий приказывает тебе идти прямиком в аномалию, значит, ты крестишься и делаешь шаг вперед. Ясно?

— Угу, — Серж поджал губы и кивнул. Перспектива лезть в аномалии его не радовала. — Только я неверующий.

— Все люди верят во что-то. Одни — в Иисуса, Магомета или Кришну, другие — в то, что первые ошибаются. Однако, сейчас не время для теологических дискуссий. Пора выходить. Двинулись!

Мы вышли на центральную площадь «Ростока». Серж собрался было идти через ангар к выходу на Свалку, но я его остановил.

— Ты завтракал? — вопрос мой поверг Сержа в изумление. Такой заботы, после утреннего разноса, от меня он не ожидал.

— Нет, а что?