Читаем Дурная привычка полностью

Здоровенный матерый секач, поистине, не так давно, украшение своего рода, стоял передо мной в профиль, давая возможность любоваться его мощью. Статное тело, в холке достигающее метра с четвертью, возвышалось на крепких ногах, тугих и узловатых, словно вырезанных из дубовых корней. Многочисленные грубые рубцы, стягивающие кожу по бокам туловища и шеи, говорили, что за свою жизнь секач пережил не один бой. Как с себе подобными, так и с людьми: в трех характерных отметинах без труда угадывались следы пуль. Шкура на боках была покрыта бурой шерстью, местами с седыми включениями. Шерсть на брюхе, тянущаяся от могучей груди до паха как юбка ризеншнауцера, была бы белой, если бы не грязь, лежащая на ней ровным слоем. Клыки, некогда устрашающе выступавшие из пасти, ныне были притуплены и покрыты коричневым налетом.

Теперь, когда мне удалось рассмотреть противника, я понял, почему кабан не стал атаковать нас — он был слишком стар и опытен, чтобы в такой ситуации попытаться напасть на пару двуногих. Он прекрасно рассчитал свои силы и шансы на победу. Определенно, по его мнению, шансы были невелики. Если бы не аномалия, мы прошли бы мимо кабана, заползшего в нору, чтобы спокойно умереть, и даже не узнали, насколько близко от нас находился страшный мутант.

Пока я разглядывал соседа, Серж, очевидно тоже получивший информацию с ДЖФа, беспокойно затараторил в рацию:

— Крохаль, к нам собаки подтягиваются сзади.

— Знаю. — не отрывая взгляда от кабана ответил я. — Еще и кабан тут неподалеку. Думаю, мне удастся справиться. Смотри свое направление и действуй по обстановке.

— Принял. — ответил Серж и оборвал связь.

Не знаю, смог бы я так спокойно, как Серж сейчас, себя вести, попади в такую ситуацию на заре сталкерской карьеры. Не знаю…

Меж тем, собаки приближались. Кабан возмущенно фыркнул в сторону конкурентов, спокойно подошел ближе и посмотрел на меня (я поклясться готов!) вопросительно. Во взгляде явственно читалось предложение вступить в бой на одной стороне. Собаки, наверняка, не думали встретить нас, иначе не атаковали бы втроем. Они рассчитывали напасть на старого кабана, находящегося при смерти, и не способного дать им достойный отпор. Стервятники! Хотя, надо отдать им должное, три собаки, пусть даже против умирающего кабана, это смело!

Кабан вопросительно хрюкнул и повел головой в сторону приближающейся стаи. Подчиняясь странному импульсу, я кивнул и взялся за «Грозу». Секач, как мне показалось, удовлетворенно вздохнул и тяжелой походкой направился в сторону собак.

Стая показалась из-за поворота через несколько секунд. Первая собака, громко лая, вылетела на оперативный простор и замерла как вкопанная, узрев удивительную картину: сталкер и кабан, готовые вместе принять бой. От внезапного изменения баланса сил пес, не мелких, кстати, габаритов, присел на задние лапы и замолчал. Кабан, насупившись и натужно дыша, двинулся на врага, словно бульдозер. Собака, казалось, готова был ретироваться, но из-за поворота вылетели две товарки и сшибли ее, превратившись на секунду в ком мелькающих лап и голов.

Кабан не стал ждать, чем закончится свалка. Он прыгнул в самую гущу и снес слепцов, будто шар кегли. Собаки разлетелись в стороны. Но это не обратило их в бегство, а, наоборот, подстегнуло охотничий пыл. Мутанты шустро поднялись с земли и разом кинулись на обидчика, задыхающегося от приложенных усилий на том самом месте, где они только что кувыркались. Стрелять я не мог, опасаясь поранить неожиданного союзника. Кабан, кстати, проявил себя настоящим бойцом: встретил первую из добежавших собак клыками, махнул головой и слепец, размахивая лапами в воздухе, полетел в мою сторону. Он еще не успел приземлиться, когда очередь из «Грозы» превратила его в кучу мяса.

Две другие собаки действовали успешнее. Пока кабан разбирался с первой, они одновременно атаковали его двух сторон, намереваясь добраться до шеи. Но кабан не зря столько времени бродил по Зоне. Разделавшись с одним противником, он немного повернулся, подсел на передние лапы и наклонил голову в сторону одной из собак. Таким образом, он прикрыл от атаки наиболее уязвимые для зубов места — шею и живот. Первая собака, потеряв цель, вцепилась в кабанью лопатку и повисла на ней, будто прищепка. Вторая, увидев, что летит в пасть мутанту, попыталась затормозить и изменить свою траекторию, но не смогла побороть инерцию и наткнулась на некогда грозные клыки. Кабан не стал изощряться, а просто повторил свой маневр. Собака, перелетев через голову секача, попала, как и предыдущая, под мои выстрелы и рухнула рядом с первой.

Оставшаяся в живых тварь и рад была бы ретироваться, ибо, наверное, прекрасно понимала, что бой проигран вчистую, но не успела. Кабан просто завалился на бок, пытаясь придавить ее своей здоровой тушей. Собака сумела вывернуться, прежде чем секач с грохотом упал на землю. Но уйти живой ей, все же, не удалось. Третей очередью я достал улепетывающего мутанта и отправил его вслед за двумя предыдущими в рай для детей Зоны.