Читаем Дурная привычка полностью

— Что? Впечатляет? — я обошел застывшего в дверях Сержа и направился к компьютерному терминалу, чтобы активировать систему обороны. — Проходи, чего встал, только комбинезон и ботинки в предбаннике оставь. А сначала пройдись по ним дозиметром. Если сильно фонит, то там справа дверка есть. За ней — душевая. Вода техническая, но, чтобы радиоактивную пыль смыть, и такая подойдет. Сначала просто водой костюм полей. Затем — моющим средством, там, в бочке, к ней отдельный шланг с насосом идет, потом опять водой. Даже, если фон в пределах нормы, то костюм отмой все равно, хоть просто водой. А ботинки — обязательно спецсредством из бочки. Понял?

Серж кивнул и непонимающе посмотрел на меня. Еще бы, пока он разглядывал бункер, я успел скинуть всю амуницию и переодеться в домашнюю одежду — джинсы и старую майку. Костюм остался в предбаннике.

— А ты когда? — Серж указал рукой на меня. — В смысле — когда костюм отмыть успел?

— А я и не отмывал, я его просто скинул. Сейчас систему безопасности включу, потом комбинезон помою. Ты, поскольку гость и вообще без сменной одежды, идешь первым. Потом тебе что-нибудь подберем. Давай, шагай, не отвлекайся.

Серж послушно отправился смывать изотопы, а я прошел в бункер и активировал систему автоматической обороны. Только после этого я ощутил себя абсолютно защищенным. Бункер — одно из немногих мест в Зоне, где можно чувствовать себя спокойно. Еще, пожалуй, только два места, могли похвастаться такой особенностью. Это, естественно, дом Болотного Доктора, и, с некоторой натяжкой, лагерь ученых на озере Янтарь. Пожалуй, все. Остальное пространство Зоны не подходило под определение «спокойно передохнуть». Только урывками, со взведенным автоматом под рукой. Даже отойти по нужде в Зоне нельзя просто так. Автомат в руку, детектор аномалий включить и, потихоньку, в кустики. Желательно, если тебя при этом будет страховать напарник. Поначалу, это сильно напрягает: оправляться, когда рядом стоит человек с оружием в руках. С голым задом чувствуешь себя как-то неуверенно. Потом к такому положению вещей привыкаешь, и тебя уже начинает нервировать отсутствие наблюдателя, когда нужно облегчиться. Верно сказал кто-то: «человек, ведь, не блоха, ко всему может привыкнуть».

Пока Серж отмывался от радиоактивной пыли, я прошел на кухню и включил чайник. Потом достал несколько банок с консервами и выставил их на стол в гостиной. Серж, появившийся из предбанника и сияющий свежеотмытым комбинезоном, посмотрел на банки и принялся копаться в рюкзаке, видимо, намериваясь внести свой вклад в намечающуюся трапезу. Я остановил его, и объяснил, что он в гостях, поэтому, я угощаю. Потом попросил его закончить сервировку и направился в санпропускник.

Влезать в грязный комбинезон — малоприятное занятие. Но, если я не хочу, чтобы радиоактивная дрянь расползлась по всему помещению, необходимо сделать это черное дело. Отмывался я минут десять. Сначала попробовал очистить ботинки. Удалось мне это не сразу — какой-то особо липкий ком грязи не хотел отваливаться. Пришлось даже замочить башмак в ванночке, только после этого я остался доволен результатом. Потом, прополоскав костюм в трех водах, я снял его и повесил сушиться на вешалку. Как, все-таки, приятно, скинуть амуницию, переодеться в домашнее и расслабиться. Пусть и ненадолго.

Когда я вернулся в комнату, стол был уже накрыт, еда разогрета, чай дымился. Роскошно, одним словом! Серж, жестом профессионального метрдотеля пригласил меня к ужину.

— Погоди, Серж, давай, сначала, тебя приоденем. Повесь комбинезон в предбаннике, потом иди в подсобку, — я показал на дверь. — Там тебе подберем, во что переодеться.

Серж кивнул и пошел снимать костюм, а я открыл дверь подсобки. Тут хранилась цивильная одежда и всякая мелочевка, которая может пригодиться в хозяйстве. Так было устроено специально, еще Стрелком. Вся сталкерская амуниция, включая военную форму, хранилась внизу на складе, чтобы не мозолила глаза, пока ты отсиживаешься в бункере. Психологическая разгрузка, своего рода.

Сержу достались старенькие джинсы, рубашка с коротким рукавом и разношенные кроссовки. Облачившись, Серж, и так выглядящий достаточно моложаво, потерял еще несколько лет и стал походить на студента — раздолбая, вместо лекции ушедшего пить пиво к ближайшему ларьку.

Закончив с переодеванием, мы плотно поужинали, и Серж отправился в постель, умотавшись за день, а я подсел к компьютеру. Надо же было узнать, что оставил мне в наследство Охотник.