Читаем Дурная привычка полностью

Такого поворота событий капитан не ожидал. Нет, он знал, что многие сталкеры считают Зону живой. Но что бы так о Ней говорить…! Капитан не мог описать эмоции, которые вложил в свои слова старик, но прекрасно чувствовал, что именно визитер имеет в виду. А еще капитан неожиданно понял, что Зона действительно живая, и это надо принять как данность, чтобы стать сталкером. Вопрос, хочет ли он стать настоящим сталкером, еще не был решен ни в одну сторону, но Панченко уже было понятно, что без принятия Ее живой сущности, хода за Периметр нет.

— Тогда мне не понятно, — капитан решил прояснить все до конца, — какой интерес у вас во мне?

— Все очень просто. Сам Тронхейм, как таковой, ни вам, ни вашему Агентству не нужен. Вам нужна, на данном этапе, информация, которую он получил в Зоне и которая мешает ему выполнить контракт. Вы ее получите, поверьте. А я получу Тронхейма. И все останутся довольны. Ну, так как, сделка состоялась?

— Хорошо, считайте, что вы меня уговорили. Когда мне приступать?

— Я сообщу вам об этом дополнительно. — старик поднялся. — Пока, готовьтесь, собирайте информацию. Вся информация, которая будет вам необходима от меня, появится по первому вашему требованию. Связаться со мной просто.

После этих слов визитер покопался в складках плаща, извлек на свет огрызок бумажки и протянул его капитану. Тот принял записку, внимательно прочитал, кивнул и бережно спрятал в карман. Ночной гость собрался уходить и уже почти стоял в дверях.

— Еще вопрос. Сколько вам лет? — Панченко, честно говоря, не ожидал, что визитер ответит на этот вопрос.

Старик остановился в дверях и повернулся к капитану. Затем он поднял руки и скинул с головы капюшон. На Панченко смотрел старец с потускневшим, морщинистым лицом. Только глаза были полны жизни. Жизни и бездонной глубины, уносящей в свой желто-оранжевый мир.

— Сорок три. — сказал визитер и скрылся в темноте коридора. Панченко некоторое время слышал удаляющееся шарканье ног, потом и оно стихло, оставив потенциального сталкера в глубоких раздумьях.

Мы сидели в подвале, в ожидании очередного тяжкого вздоха Зоны. На поверхности, наверное, все уже затихло, готовясь к Выбросу. В нашем убежище тоже было тихо: измотанные «Долговцы» спали вповалку, невзирая на приближающийся катаклизм. Не спали только дежурные — им не положено, и не спали пленные — не могли. Разговор, оборвавшийся несколько минут назад, не желал возобновляться. Леха, привалившись к стене, сидел, прикрыв глаза. Он не дремал, просто ушел в себя, что-то вспоминая, а может быть — обдумывая. Сэмэн почти закончил чистку оружия. «Винторез», разложенный на тряпочке тускло поблескивал в зеленом свете ХИСа.

Выброс, наконец, случился. Опять грохот, опять видения.