Читаем Духовная борьба полностью

Глава четвертая. О том, что осознание нами своей греховности приводит Бога в умиление

Надо смиренно просить милости Божией для нашего исправления

— Геронда, когда святые отцы говорят, что покаяние заключается в том, что человек принимает решение не повторять предшествующих грехов и скорбит о них, то это значит, что мы должны помнить о совершенных нами грехах постоянно?

— Нет, не нужно помнить каждый грех отдельно, но надо постоянно иметь осознание своей греховности. До какого-то момента человек должен думать о своем прегрешении, а затем ему следует смиренно просить милости Божией — и если у него нет гордости, то Бог ему поможет. Особенно человеку чувствительному: если он покаялся и поисповедовался в своих старых грехах, то ему лучше их забыть. Ведь иначе тангалашка может напоминать ему его старые грехи, удручать его помыслами, для того чтобы отнимать у него время и отрывать его от молитвы. Однако если человек, не отличающийся чуткостью, видит, как в нем рождается гордость, то будет неплохо, если он вспомнит свои грехи, для того чтобы смириться.

— Геронда, а может ли человек осознавать свою греховность, но при этом не иметь покаяния?

— Может, если у него нет смирения. Когда к покаянию примешивается эгоизм, то человек без конца мучает себя мыслями: "как же я мог это сделать?", "как посмотрят на это люди?", "что же обо мне подумают?" — и терзается. В словах "как же я снова мог это сделать?" и "как я мог до такого докатиться?" — есть эгоизм. Покаяния в таких словах нет. Человек должен понять, что он согрешил, и, поняв это, смиренно попросить милости Божией. "Боже мой, — должен сказать такой человек, — я согрешил, прости меня. Вот такая я дрянь. Пожалей меня. Если Ты не поможешь мне, то я могу стать еще хуже, лучше я стать не могу. Сам я никогда не исправлюсь". И, сказав это, надо постараться не повторять свой грех. Многие, согрешив, испытали боль не потому, что они пали в глазах людей, а из-за того, что они ранили своим грехом Бога.

Если живший по-мирски человек прерывает свои связи с мирским духом, то потом часто и не желая того, он чувствует, что этот дух влечет его к себе. Однако такому человеку не нужно отчаиваться. Я думаю, что в подобном случае преуспеянием будет и начавшаяся в грешнике добрая обеспокоенность, которая обличает его душу за совершенные проступки и за то, что он мог сделать что-то [доброе], но не сделал этого. Потихоньку происходит борьба, человек невольно смиряется и отчаивается добрым отчаянием, то есть отчаивается в своем "я". Тогда он объясняет все доброе Благодатью Божией и воистину верует в слова, сказанные Господом: " Без Мене? не мо?жете твори?ти ничесо?же " [ 1 ]. Если впоследствии такой человек станет любочестно, со многим смирением подвизаться, уповая при этом на Всесилие Божие, то Благий Бог его помилует.

Ин. 15, 5. ^

Духовная борьба

Старец Паисий Святогорец

Часть третья. О грехе и покаянии

Глава четвертая. О том, что осознание нами своей греховности приводит Бога в умиление

Печаль за наши согрешения

— Геронда, как человек может помочь себе не повторять совершенный им проступок?

— Если человеку станет по-настоящему больно за свой проступок, то он его не повторит. Для того чтобы человек исправился, в нем должно присутствовать внутреннее сокрушение с искренним покаянием. Поэтому святой Марк Подвижник говорит: "Если человек не восскорбит о своем грехе, в соответствии с его мерой, то он снова легко впадет в ту же сеть" [ 1 ]. То есть, если грех невелик, требуется меньшее покаяние, если грех тяжелее, требуется покаяние большее. Не рассматривая величину своего падения и не печалясь о нем в соответствии с этой величиной, человек легко впадает в то же самое или даже еще большее прегрешение.

— А как мы можем понять, что опечалились о нашем падении не в соответствии с его величиной?