Лет пятидесяти, похожий на менеджера провинциального банка. Невысокий, опрятный, с волосами, припорошенными сединой. Серый костюм в полоску, светло-серая рубашка и старомодный галстук малинового цвета с таким же платком в кармане. Не хватало только ботинок, но по вполне уважительной причине.

Стоп у него тоже не было.

Его ноги заканчивались возле края брюк двумя черными обожженными обрубками, и на ковре под ними Грейс разглядел темные пятна крови. В медленно моргнувших глазах мужчины Рою предстало видение ада.

Когда его глаза постепенно приспособились к темноте, он увидел кое-что еще: целую стену в комнате занимали застекленные полки, как в музее, с великолепно сохранившимися человеческими стопами.

– Родни Тайди? – спросил Грейс.

– Помогите… мне.

Голос был слабым и хриплым, больше похожим на тихое карканье.

Суперинтендант бросился вперед – и почти сразу понял, почему мужчина сидел не шевелясь в своем кресле.

Его руки, ладони, затылок, плечи и вся спина были приклеены к спинке стула суперклеем.

* * *

Лейтон Грей вместе со своим адвокатом, невероятно серьезной женщиной двадцати с небольшим лет, сидел напротив Кэрол Джордан и ее коллеги в маленькой, почти голой комнате для допросов.

Для записи на камеру Джордан сказала:

– Детектив-инспектор Кэрол Джордан и сержант Паола Макинтайр допрашивают Лейтона Грея в присутствии его адвоката Сьюзан Анселль. Время десять часов пять минут, среда, двенадцатое июля.

Затем она подалась вперед.

– Мистер Грей, не могли бы вы сказать, что связывает вас с мистером Родни Тайди?

– Мы соперники и всегда были ими.

Не обращая внимания на знаки адвоката, чтобы он хранил молчание, Грей продолжал:

– Я должен был ему помешать. Должен как-нибудь. Он всегда умудрялся меня обойти и заполучить самые лучшие стопы. Знаете, всегда. Как-то раз он сказал мне, что просто обожает смотреть на стопы. Что для него нет ничего лучше, чем сидеть в своей комнате и любоваться новыми трофеями. Вот я и оказал ему любезность. Я остановил его. Теперь он больше никогда не сможет раньше меня заполучить прекрасные экземпляры, и его мечта сбылась – он может смотреть на свою коллекцию. Вы видели там его собственные стопы? Они не слишком красивые, но я решил, что это хорошая идея. Разумеется, если он сумеет понять, что я имел в виду… Родни, старик, ты лишился стоп. Это сигнал «Стоп!».

Ложное обвинение

Кэти Райх и Ли Чайлд

(Темперанс Бреннан и Джек Ричер)

Моя первая книга увидела свет в 1997 году – «Поле смерти» представило миру тихого странника по имени Джек Ричер. Кэти Райх также дебютировала в 1997 году, когда в «Уже мертва» появилась судебный антрополог Темперанс Бреннан.

Кэти признает, что она и Темперанс прошли одинаковый курс обучения. Правильное понимание науки важно для нее, и она использует свой собственный опыт судебного антрополога, когда пишет о приключениях Темперанс Бреннан. Меня постоянно спрашивают, создал ли я Ричера похожим на себя. Если честно, в нем действительно много от меня. Для автора практически неминуемо передать часть автобиографии своему герою. Во многом Ричер – это воплощение мечты для меня и читателя. Кем бы я (или они) стал, если б всякий раз мог выйти сухим из воды? Ну а имя он получил легко. И я, и Ричер – высокие люди. Поэтому в девяностые, когда я писал «Поле смерти» и ходил по магазинам, моя жена заметила: «Если б писательский труд не принес тебе денег, ты мог бы работать подавальщиком в супермаркете[14].

А вы говорите о случайностях…