Читаем Дубравы полностью

«Медвежья берлога», «Дубравы» историчны в том смысле, что они отражают определенный этап пролетарского освободительного движения в марийском крае, завершившийся установлением Советской власти в нем. В дилогии обстоятельно прослежен тот путь, которым шел марийский народ к Октябрьской революции, отражено его участие в борьбе за Советскую власть в годы гражданской войны вместе с другими угнетенными народами царской России. Должное внимание уделено зарождению национального рабочего класса в условиях интенсивного развития капитализма, росту самосознания народных масс под воздействием бурных событий революции 1905 года и пропагандистской деятельности большевиков, крепнувшей интернациональной дружбе народов России в ходе борьбы за новую жизнь.

Писателю ясно, что процесс роста самосознания народа был характерен не только для одной конкретной в географическом отношении местности. Он имел повсеместный характер. Отзвуки бурных событий революции 1905 года доходили по различным каналам и до «медвежьих берлог» и там способствовали революционизированию народной массы. Одна из таких «медвежьих берлог» обрисована в дилогии под вымышленным названием. Основным местом действия являются деревня Нурвел и лесные промыслы новоиспеченного купца-промышленника Мигыты Каврий, расположенных в районе реки Кокшаги.

Общий идейный замысел — показать, как, каким образом, какими путями дыхание революции и истории доходило до «медвежьих» углов марийской земли (а их было немало в дореволюционные годы) — привел к тому, что писатель воспользовался в большинстве случаев вымышленными названиями мест и вымышленными именами героев.

Одновременно следует отметить, что писатель все же отталкивается от прототипов, например, в создании образов главных героев романа Йывана Ваштарова и Яниса Крейтусса.

В биографии Йывана Ваштарова имеется немало точек соприкосновения с жизненной судьбой таких реальных лиц, как Александр Николаевич Кидалашев, Шаптрай Кудаевич Кудаев, Михаил Васильевич Юзыкайн (отец писателя).

Кидалашев родился в деревне Тыгыде Морко Моркинского района. Рос сиротой. Воспитывался и учился у дяди — игумена Камско-Березовского черемисского миссионерского мужского монастыря, расположенного на левом берегу Камы около села Николо-Березовки. Он был активным участником гражданской войны, первым марийским красным стрелком, действовавшим в составе воинского формирования красных латышских стрелков в боях за Казань и в прилегающих к ней районах в годы гражданской войны. В мирные годы Александр Николаевич учительствовал, работал в культурно-просветительских учреждениях Марийской республики.

Родина Шаптрая Кудаева — Башкирия. Он тоже рос сиротой, учился и воспитывался в приюте при Камско-Березовском монастыре. Рано примкнул к революционному движению, за что неоднократно был судим самодержавной властью. В годы гражданской войны Шиптрай Кудаевич был первым заместителем командарма В.К. Блюхера. А. Юзыкайн посвятил ему свой очерк «За жизнь».

Кидалашеву и Кудаеву пришлось испытать в детстве и юности немало лишений и притеснений со стороны хозяев жизни но причине сиротства и бедности. Нерадостное детство и юность, активное участие в борьбе за новую жизнь названных реальных лиц послужили отправной точкой при создании образа Ваштарова.

В зрелые годы писателя заинтересовала жизненная судьба тех людей, совместно с которыми его отцу пришлось защищать завоевания Октября. С этой целью он совершил ряд поездок в Латвию, начиная с 1962 года. Там он встречался с бывшими латышскими красными стрелками. С некоторыми из них у него сложились теплые дружеские отношения, в частности, с Эдуардом Эдуардовичем Смилгой.

Писатель узнал имена других участников борьбы за Советскую власть на марийской земле — Яна Яковлевича Кришьяниса, Оскара Ивановича Янушкевича, Волдемара Мартыновича Пурмалиса.

Жизненный путь этих людей напоминает жизненную судьбу героя романа «Дубравы» Яниса Крейтусса.

Впервые идея создания образа Яна Крейтусса появилась у писателя после услышанного им в городе Звенигове рассказа о ссыльном латыше Саулитисе, отбывавшем наказание в этих краях до революции.

Поездки в Латвию обогатили писателя новым жизненным материалом и дали верное направление в разработке характеров, особенно Йывана Ваштарова и Яниса Крейтусса.

О поездках в Латвию, интересных встречах и беседах там писатель рассказывал в серии очерков под названием «Букет алмазных крупиц» («Алмаз чинче пеледыш аршаш»), напечатанных на страницах республиканской газеты «Марий коммуна» (1982, 12–15 авг.).

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Михайлович Кожевников , Вадим Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне
Я хочу быть тобой
Я хочу быть тобой

— Зайка! — я бросаюсь к ней, — что случилось? Племяшка рыдает во весь голос, отворачивается от меня, но я ловлю ее за плечи. Смотрю в зареванные несчастные глаза. — Что случилась, милая? Поговори со мной, пожалуйста. Она всхлипывает и, захлебываясь слезами, стонет: — Я потеряла ребенка. У меня шок. — Как…когда… Я не знала, что ты беременна. — Уже нет, — воет она, впиваясь пальцами в свой плоский живот, — уже нет. Бедная. — Что говорит отец ребенка? Кто он вообще? — Он… — Зайка качает головой и, закусив трясущиеся губы, смотрит мне за спину. Я оборачиваюсь и сердце спотыкается, дает сбой. На пороге стоит мой муж. И у него такое выражение лица, что сомнений нет. Виновен.   История Милы из книги «Я хочу твоего мужа».

Маргарита Дюжева

Современные любовные романы / Проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза / Романы