Читаем Дружелюбные полностью

– Она что, у нас поселилась? – ворчал Шариф, но в тот августовский день, когда близнецы появились на свет, был рад, что она оказалась у них дома. С тех пор Назия знала, что может заставить Салли замолчать. И бережно хранила это в памяти. Воды, которые начали отходить у нее прямиком на кухонный линолеум. Она уже собралась сказать Салли, что у нее, кажется, схватки, когда…

Ну вот.

Салли-то уже пять раз через это прошла, причем однажды с близнецами. Не дозвонившись Шарифу, она посадила Назию в машину и отвезла в больницу. Аиша пошла в гости к подруге, Элисон, и Салли была так добра, что позвонила маме Элисон и попросила, чтобы Аиша осталась на чай. Впоследствии Назия не знала, что делала бы без Салли. Близнецы появились на свет так быстро! Шариф поспел как раз вовремя, чтобы, плача и смеясь, обнять сыновей. Салли быстренько ретировалась, убедившись, что все в порядке, и, уходя, бросила через плечо: да ладно, я и Карен помогла, когда она свою вторую рожала. Кто такая эта Карен, они понятия не имели.

5

А теперь – ей и самой не верилось, что она это скажет, – они разбогатели. С тех пор как они поселились в Шеффилде, Назия стала присматривать за бизнесом. Поначалу она думала выйти на работу, как только близнецы пойдут в школу: подтвердит диплом и станет преподавать английскую литературу. Но к тому времени, как сыновья подросли, дел у нее стало по горло. Отремонтировали два дома в Уинкобанке, купленные на роялти с первого года продаж учебника, написанного Шарифом, и сдали их студентам; через пару лет доходы от этого позволили купить еще два дома на той же улице. Она снова сделала там ремонт и снова сдала студентам; снова начала откладывать доходы от аренды. Спустя пять лет им принадлежали восемь домов в Уинкобанке.

Да и учебник Шарифа продолжал приносить доход. Он поступал на отдельный счет: все возраставшие чеки от издателя два раза в год. Наконец-то Назию устраивали проценты по счету. Тут государство выставило на продажу коммунальную компанию. Назия купила некоторое количество акций. На следующий год продавалась еще одна компания: Назия снова прикупила акций. На следующий же день она отправилась на поезде в Манчестер, встретилась с маклером и выписала чек на двадцать тысяч фунтов – вложить в акции и облигации. На обратном пути, созерцая высокие поблескивающие от сырости отвалы траншей, вырытых железнодорожниками наперерез здешним холмам, она пребывала в смятении и оцепенении; голова ее кружилась, точно она только что сбросила огромный груз. Она твердила себе: двадцати тысяч больше нет, забудь о них.

Соавтор Шарифова учебника, который принес им целое состояние, Бернс, посвятил свою часть отцу, тоже инженеру. Кому посвятил свой труд Шариф, он умолчал. Когда прибыл сигнальный экземпляр, Назия прочла на титульном листе «Профессору Анисулу Ахмеду, Университет Дакки». И прослезилась.

Они прекрасно жили на жалованье Шарифа. И сперва робко и недоверчиво, а потом все увереннее, начали тратить деньги. Купили телевизор, потом видеомагнитофон, чуть погодя – другой, более современный; много лет Шариф будет утверждать, что технология «Бетамакс» – лучшая в мире. Дом в Хиллсборо мог похвастаться идеальной кухней и двумя идеальными ванными комнатами: все в них заменили на блестящее и новое; установили каскадный душ и биде. К этому времени у Назии был опыт ремонта восьми кухонь и восьми ванных в Уинкобанке; она уже знала, где подешевле купить, каких ошибок можно избежать. Микроволновка, садовая печь для барбекю, большой американский холодильник, решетка для гриля и отдельный духовой шкаф. Новая кровать и игровая площадка для Аиши и мальчиков, переделанная из чердака.