Читаем Дронго. Книги 21-40 полностью

— Возьми гранатомет и пересядь в кузов, — приказал полковник, — если они подъедут ближе действуй по обстановке. Только сразу не стреляй. Может, они просто хотят нас обогнать. Когда они будут близко, ты мне позвони. Если, конечно, сможешь.

— Понял, — ответил Миленкин. — Они нас быстро догоняют.

Полковник понимал, что это может быть машина, случайно оказавшаяся на дороге. Но он сознавал, что это могут быть и преследователи. Шансов было пятьдесят на пятьдесят. И он терпеливо ждал звонка Миленкина, всматриваясь в ночную темноту. Он не знал дороги, и поэтому колонна шла вперед со скоростью не больше тридцати-сорока километров в час.

Но когда неизвестная машина наконец нагнала их колонну и Миленкин позвонил, полковник понял, что ему выпал тот шанс, который бывает один на сто.

Выпало не черное и не красное. Это оказались не преследователи и не случайная машина. Это был джип Казбека, и полковник впервые в жизни подумал, что чудеса все-таки случаются. Оказалось, что у мобильного телефона их проводника просто отказала батарейка и он не мог связаться с колонной.

Возвращение Казбека вселило надежду во всех остальных. Теперь у них было восемь боеспособных мужчин на четыре автомобиля и двое раненых. А с такими силами уже можно было пробиваться к цели, тем более имея подобного проводника.

Казбек не мог поверить, что Высоченко удалось выиграть такой невероятный бой, выстояв против значительно большего числа нападавших. Узнав подробности о смерти Серебрякова, он просто сплюнул, не желая комментировать гибель труса.

Они предали земле троих погибших, соорудив небольшой могильный холм.

Высоченко видел, как нервничают его люди, видел их глаза. Многие, очевидно, уже не верили, что вернутся отсюда живыми, и каждый спрашивал себя, кто будет следующим. Именно поэтому полковник не стал задерживаться, считая, что они и так потеряли много времени. Он приказал продолжать движение.

Казбек, получив другой телефон, снова поехал вперед. На этот раз джип Высоченко переместился в конец колонны, и теперь они ехали сразу за вторым грузовиком.

— Мы будем на месте к утру, — позвонил в три часа ночи Казбек. — Ты немного поспи, полковник. Столько ночей без сна! Ты просто не выдержишь.

— Ничего, — ответил Высоченко, — постараюсь продержаться. Главное — добраться до места. Как ты думаешь, твои братья нас встретят?

— Обязательно встретят. Нам осталось не так Много. Скоро будем на месте.

— Думаешь, больше не нападут?

— Теперь нет, не нападут. Здесь они побоятся. Они будут ждать нас на обратном пути, чтобы перехватить груз. Если мы его, конечно, найдем.

— Это уже зависит от тебя. — Полковник отключился, подумав о том, что самолет, который они собираются искать, стал поистине золотым.

К четырем часам утра Казбек заметил впереди пост милиции. Это его насторожило. Раньше здесь не было подобных постов. Он насчитал не меньше восьми-девяти вооруженных людей. Прорываться с боем было глупо. Это значило настроить против себя всю дагестанскую милицию. Казбек снова позвонил полковнику.

— Впереди пост милиции, — коротко доложил он. — Останови колонну, пока я не разберусь.

— Ты же говорил, что здесь не бывает милиции, — разозлился Высоченко.

— Это я раньше говорил, пока вы такую стрельбу не устроили, — тоже разозлился Казбек, — фейерверк на всю границу. Уже, наверное, везде знают, как мы прорывались.

— Проклятый самолет! — пробормотал полковник. — Я остановлю колонну.

Только ты сразу позвони нам. Деньги у тебя есть?

— Есть. Ждите моего звонка. Стойте на месте. Казбек, не сбавляя скорости, двигался к посту милиции. В десяти метрах от поста он остановился. К нему шагнул майор в защитной форме.

— Кто такой? — спросил он по-русски с явным аварским акцентом.

— Свой, — ответил по-аварски Казбек.

— Ты аварец? — обрадовался майор.

— Да. Мы едем домой, возвращаемся из Кызылюрта, — ответил Казбек.

— Почему возвращаешься отсюда? — нахмурился офицер. — Дорога совсем в другой стороне.

— Просто отсюда удобнее, — усмехнулся Казбек. — А почему вы здесь стоите? Раньше здесь никаких постов не было.

— Нам приказали перекрыть все дороги, — объяснил майор. — Правительственная комиссия ищет какой-то самолет, а нам поручили перекрыть все дороги.

— Понятно, — кивнул Казбек. — За мной едут машины наших друзей. Может, пропустишь?

— Не могу, дорогой. Сам знаешь, как сейчас строго. Я должен обязательно всех проверять. Если из Чечни кто-нибудь прорвется, с меня снимут погоны.

— Нет, не снимут. Это не чеченцы, я тебе могу гарантию дать. Сам с ними еду. Строители.

— Строители? — недоверчиво хмыкнул майор. — Все равно не могу.

— Тысяча долларов, — невозмутимо предложил Казбек.

— Нет. — Майор был явно смущен. Он не хотел отказывать земляку. Не хотел отказываться от денег, которых не смог бы получить и за несколько лет работы. Но, с другой стороны, он знал, как легко можно подкупить параллельный пост и тогда колонна «строителей» все равно прорвется. Майор явно колебался.

— Две тысячи, — сказал Казбек, видя, как нервничает офицер.

— Не могу, — простонал майор, — не имею права.