Читаем Дронго. Книги 21-40 полностью

— Этого я не знаю. Этого им никто не говорил. Высоченко подготовил операцию, чтобы раздобыть деньги для розыска самолета. У Серебрякова же денег нет. Он пустой, поэтому они сегодня будут брать банк.

— Сколько тебе нужно человек? — спросил Колесов.

— Все. Все, кого ты можешь дать, — сказал Филя. — Я сам буду проверять каждого. Туда сосунки не нужны. А наш паренек будет сообщать нам, куда и как они направляются.

— У твоего человека есть мобильный телефон… — понял Колесов.

— У него все есть, — махнул Филя, тяжело поднимаясь. — Я твоего полковника раздавлю, — Я пообещал он, — он от меня не уйдет. Я с ним за Митю поквитаюсь. Но только тогда, когда они найдут самолет. Не раньше.

Филя вышел из комнаты, Колосов остался один. Подумав немного, он вытащил свой мобильный телефон и набрал номер.

— Коля, — глухо сказал он, — быстро приезжай в офис. Мне нужно срочно с тобой встретиться. И позвони нашим ребятам. Пусть приедут.

Он вышел из ресторана, сел в свой автомобиль. Водитель плавно тронул машину. Рядом с ним сидел телохранитель. Колесов опять достал телефон. Начал было набирать номер, но передумал. Он не доверял мобильным телефонам.

— Давай срочно в офис, — приказал он водителю.

Уже в своем кабинете он поднял трубку обычного телефона и набрал известный ему номер.

— Алексей Кириллович, добрый день, — постарался сказать он как можно веселее, хотя в этот день ему совсем не было весело.

— Добрый день, Андрей Потапович.

— У меня к вам опять просьба. Вечно я вас беспокою.

— Опять нужна информация? — понял его собеседник.

— Досье, — сообщил Колесов.

— Фамилия?

— Полковник Сергей Высоченко. Он вышел в отставку несколько лет назад, после Чечни. Был тяжело ранен, контужен…

— Я его знаю, — перебил Колесова его собеседник. — Хорошо, сейчас сделаю запрос. Куда вам переслать?

— На мой факс. Вы его знаете.

— Оплата прежняя?

— Да, все, как обычно.

— Сейчас перешлю.

— Спасибо. — Колесов положил трубку. Алексей Кириллович работал прежде в парткоме МВД СССР, был старым знакомым Колесова. Довольно быстро Андрей Потапович смекнул, что его старый знакомый, работавший к тому времени в управлении кадров МВД России, может оказаться весьма и весьма полезным. По взаимной договоренности Алексей Кириллович поставлял ему информацию о некоторых бывших сотрудниках милиции, уже вышедших на пенсию. Порой они интересовали Колесова. Правда тот же Алексей Кириллович категорически отказывался давать какую-либо информацию по действующим офицерам, справедливо полагая, что это нечто большее, чем просто предоставление информации о пенсионерах. А вот по пенсионерам и уволенным в запас он, не раздумывая, давал их досье. Алексей Кириллович, конечно, не знал, что таким образом Колесов и его люди отбирали нужных им офицеров, готовых работать на криминальные группы, и вербовали профессиональных киллеров. За каждую справку Андрей Потапович исправно платил, и это устраивало обоих.

Через двадцать минут факс принял несколько листов бумаги, переданных из управления кадров МВД. Колесов вчитывался в строчки личного дела полковника Высоченко, все более и более хмурясь. Полковнику было сорок три года. Он прослужил в МВД более двадцати лет, начав с инспектора уголовного розыска. В конце восьмидесятых командовал ОМОНом. В начале девяностых был легко ранен. С первых дней войны находился в Чечне. Почти все его подчиненные погибли Б Грозном, когда отряд был окружен. Сам полковник тяжело ранен, контужен, его сочли погибшим и непонятно каким образом он все-таки вернулся в Ставрополь. У него ухудшилось здоровье и медицинская комиссия отправила его на инвалидность.

К тому же полковника мучили дикие головные боли. Несмотря на его протесты Высоченко был уволен из органов МВД и отправлен на нищенскую пенсию.

Остальное Колесов уже знал. Через некоторое время Высоченко стал одним из основных поставщиков наемных киллеров московскому криминальному миру. О нем ходили легенды, так как он никогда и никого не обманывал, но если его обманывали или пытались провести, он проявлял невероятную, чудовищную жестокость. Никаких свидетелей в таких случаях не бывало, но по Москве ходили разные слухи.

Колесов вчитывался в строки биографии полковника. Награжден орденом, медалями, еще орденом. «Почему они уволили такого человека?» — неожиданно подумал он. Черт бы их всех побрал, а кого они ценят? Разве самого Колесова не выкинули с работы, даже не подумав о том, как он будет жить? Можно представить, какую пенсию ему назначили по инвалидности, зло подумал Колосов. Поэтому он такой озверелый и беспощадный. Семья у полковника распалась. Жена развелась с ним. Дочь осталась с матерью.

«Он один, без родственных привязанностей и без друзей, — подумал Колесов. — Это самый страшный вид хищника. Одинокий хищник вне стаи — как же Филя сумеет его остановить? Кого он направит на него? Каких таких более крупных хищников?»