Читаем Дронго. Книги 21-40 полностью

— У нас есть список сотрудников «Штази», — победно сообщил он, — восемь человек, которые с ним общались. У меня есть окончательный список, сэр.

— Начинаем работу, — кивнул Кардиган. — Мне нужно получить максимально полную информацию о каждом из них. И еще я хотел бы понять, почему он вчера ничего не сказал. Тянуть с получением такой суммы не может быть ему выгодно. Почему он тянет?

— Может, ему нужно время, чтобы обговорить все детали? — предположил Страус.

— Получается, что он их заранее не обговорил, — пожал плечами Кардиган. — Такое возможно?

— Нет, конечно, — согласился Страус. — Нужно было все-таки обыскать его квартиру. Напрасно вы так долго сопротивлялись. Вы связываете мне руки, мистер Кардиган. — Обычно он обращался к Майклу без слова «мистер». Он был старше своего собеседника почти вдвое. И Кардиган почувствовал, как старик нервничает.

— Если хотите, мы можем проверить, — примиряюще сказал Кардиган. — Вы полагаете, что это даст какой-то эффект?

— Я привык работать так, как работал всегда, — твердо ответил Страус. — Соберу лучших специалистов, вызову, если понадобится, из Лэнгли. Но я должен посмотреть, как живет, чем дышит этот тип. Я должен знать его мысли, понимать смысл его поступков. В подобных случаях нельзя играть втемную. Так меня всегда учили.

— Хорошо, — согласился Кардиган, — делайте, как считаете нужным. Я согласен, мистер Страус. — Он подчеркнул слово «мистер». Хозяин кабинета добродушно усмехнулся. Его трудно было вывести из состояния равновесия, сказывался большой опыт работы. Он посмотрел на Данери и коротко приказал:

— Готовьте группу. Как только этот тип уйдет из дома, нужно провести очень осторожный обыск. Очень осторожный, Данери. И не больше двух человек, чтобы они не мешали друг другу.

Нюрнберг.

3 ноября 1999 года

Он опомнился примерно через час. Представил себе, что о нем думают Лариса и Андрей Константинович.

— Ты торопишься, — поняла Габриэлла по его лицу. — Я, наверно, отняла у тебя много времени.

— Нет. Но меня будут искать.

— Конечно. — Она поднялась первой и прошла в ванную комнату с контрастным душем.

— Иди сюда, — позвала она.

Он поднялся и прошел следом за ней, с трудом умещаясь в ограниченном пространстве тесной кабинки. Сверху хлынула вода. Он невольно вздрогнул.

— Нельзя сделать немного теплее? — попросил он через несколько секунд. — Я совсем не такой закаленный человек, как ты. Мне нужна несколько более высокая температура.

Улыбнувшись, она изменила настройку душа, смещая ее вправо, в направлении теплой воды. Струя хлестнула по его груди и раздвинула волосы. Она увидела след от старого ранения.

— Это что? — спросила она. — Ты тоже был…

— Нет, — улыбнулся он, — получил в детстве, случайно ударился.

— Это след от пулевого ранения, — сказала она, глядя ему в глаза. — Я видела нечто подобное. Ты напрасно не говоришь мне всей правды.

— Вся правда бывает иногда слишком горькой, — пробормотал Дронго. — Разве ты поверишь, что в меня стреляла женщина?

Он вышел из душевой кабины и достал полотенце. Вытираясь, он увидел, как она вышла следом и замерла, глядя на него.

— У меня не было ни одного мужчины, кроме моего мужа, за последние десять лет, — почему-то сказала она.

Он посмотрел на нее. Убрал полотенце.

— Ты жалеешь, что сделала?

— Нет, — улыбнулась она, — это другое. Мне была необходима такая встреча. Я должна была поверить, что вы не убивали Хеелиха и Шилковского. И мне нужно было с кем-то поговорить. Иначе я бы сошла с ума. Все это столько времени во мне копилось. Ты меня понимаешь? Мне нужна была эта встреча. Для себя.

Дронго подошел к ней и поцеловал ей руку. Он всегда целовал руки женщинам после подобных встреч. Во всех случаях, не делая никаких исключений.

— Будь осторожен, — сказала Габриэлла. — Я убеждена, что ни Гайслер, ни Менарт не могли этого сделать. Но тебе нужно быть осторожным. Теперь тебя будут искать не только предполагаемый предатель, но и наши спецслужбы.

Он одевался, слушая женщину и кивая ей в знак согласия. Закончив одеваться, он подождал, пока она оденется. Когда она начала одеваться, он вдруг улыбнулся. Она вопросительно посмотрела на него.

— Кажется, я сейчас снова захочу в душ, — пошутил Дронго.

— Нет, — она покачала головой, — больше такого не повторится. Ты нужен был мне как… как лекарство. Извини, я не хотела тебя обидеть. Больше мы с тобой не встретимся. Это было бы нечестно по отношению к моему мужу.

Она закончила одеваться и взглянула на него.

— Когда-нибудь приезжай еще раз. Просто так, — предложила она. — Нюрнберг замечательный город, здесь хорошо пожить несколько дней. Не больше, — печально улыбнулась она.

Когда они вышли в коридор, все было тихо.

— Я вернусь в свой кабинет, чтобы отвлечь от тебя внимание, — сказала она. — Иди по аварийной лестнице, я пойду к лифту. Иди и не оглядывайся. Прощай.