Читаем Древний Египет полностью

Есть версия, что легендарный Пунт находился на территории нынешнего прибрежного Судана, но против нее выступают археологи. Из египетских хроник известно, что Пунт был богат золотом и алмазами, но медью довольно беден. Египтяне привезли из Пунта драгоценные металлы и камни, ладан, мирт, кожи, слоновую кость и эбеновое дерево. И действительно, в захоронениях и тайниках XVIII династии были найдены предметы, вырезанные из эбенового дерева. Но учеными установлено, что некоторые ювелирные изделия XVIII династии, начиная с периода Тутмоса III, сделаны из золота со значительно большей степенью радиоактивности, чем золото, добываемое ныне в Египте и Судане. То есть Пунт вряд ли соответствовал Судану.

Может быть, страна Пунт находилась на территории современной Сомали в северной части этой страны? Некоторые археологи и историки с оговорками приняли эту версию. Такой локализации придерживается, например, французский египтолог Франсуа Бальзан. Он ссылается на профессора Пьера Монте, который осторожно называет эти территории «легендарной Страной Благовоний». Бальзан говорит о путешествиях туда во времена Древнего царства Египта, упоминает об их прекращении в Пунт на время в середине III тысячелетия до н. э. после фараона Пепи II и настаивает, что в период Среднего царства они возобновились и продолжались до нашествия гиксосов в XVII–XVI веках до н. э. По мнению французского ученого, вновь возродила эту традицию экспедиций в Пунт царица Хатшепсут в 1494 году до н. э., а затем путешествия продолжались и при фараонах Тутмосе III, Аменхотепе II, Хоремхебе, Рамсесе II, Рамсесе III.

Обосновывая реальность экспедиций, Бальзан оговаривает много подробностей: сезонность действия канала и сухой долины в пустыне (вади) под названием Тумилат и редкое использование этого канала, соединяющего восточное русло дельты Нила с Горькими озерами и Суэцким заливом Красного моря; периодические подвиги фараонов по восстановлению судоходства в канале; деятельность по градостроительству и благоустройству дельты Нила и в особенности ее восточной части. Надо заметить, что практически все морские путешествия египтян начинались от восточной части Дельты. Здесь, вероятно, были и храмовые склады, и места перегрузки грузов с морских судов и с караванов через пустыни на речные суда и караваны к храмам и столичным городам, например к Фивам.

По фрескам в Дейр-эль-Бархи Бальзан описывает страну Пунт следующим образом. Жителей ее он относит к желтой расе, подчеркивает их внешнее сходство с египтянами, высокий рост, широкоплечесть и круглоголовость. При этом ученый теряется в догадках о происхождении пунтийцев, предполагая, что они были выходцами то ли из Африки, то ли из Индии. На фресках у царицы Пунта и ее дочери было обнаружено даже заболевание – стеатопия – чрезмерное развитие жирового слоя в ягодичной области. Естественно, что эту «редкость» тут же разыскали, правда, не у народа Сомали, а у некоторых народов Южной Африки. Бальзан обращает внимание на то, что пунтийцы носили ожерелья с круглыми медальонами и поклонялись богу Солнца Амону-Ра. Откуда взял Бальзан сведения о том, что Ра в качестве царя правил городом Томери, он почему-то не уточнил. После окончания египетских экспедиций в Пунт загадочным образом исчезли не только царь и город, но и весь народ. То ли выселились они из Страны Благовоний, то ли слились с непохожими на египтян пришельцами. Одним словом – все пропало неведомо куда.

Многие исследователи данного вопроса пытались отталкиваться от ключевого понятия «благовония из страны Пунт». Но здесь открывается слишком широкий простор для фантазии.

Оказывается, что лучшие благовония и сейчас поступают из маленьких сомалийских портов и с острова Сокотра в Индийском океане. А на противоположном берегу Красного моря и Аденского залива издавна добывают только второсортного качества (по Бальзану) благовонную смолу (получали ее и подданые библейской царицы Савской и главным образом из можжевельника). А уж страна царицы Савской точно была кладезем благовоний с древнейших времен! Оказывается, есть и были другие места на планете, в изобилии рождающие разнообразные благовония, и этих мест с подходящим климатом предостаточно.

Бальзан говорит о здоровой конкуренции египетских поставщиков благовоний и кочевников, грудью стоявших за свою караванную торговлю по берегам Красного моря, и в конце концов «убедивших» египтян с помощью морских пиратов Красного моря. Многие историки, разбирая тексты египтян, настаивают на раздельных путешествиях в Пунт и в Южную часть Красного моря. Хотя зачем было бы их различать, когда, по приведенной версии, это практически один и тот же район. До пролива, за проливом – какая разница, ведь и там благовония, и здесь благовония. Кстати, очень может быть, что благовония только «встречались» с товарами из Пунта у восточного русла дельты Нила, а далее следовали в столицу Египта на одних и тех же кораблях.