Читаем Древние майя полностью

ществам прекрасную сохранность. Судя по величине ростков маиса, катастрофа в Серене произошла либо в мае, либо в начале июня. Кушсуилько. Далеко к северо-западу от горных хребтов Сальвадора, в самом центре Мексики, находится плодородная долина Анахуак (долина Мехико). Эта благодатная долина была местом рождения трех последовательно сменявших друг друга древних цивилизаций теотихуаканской (1 тыс. н. э.), тольтекской (X–XIII вв.) и ацтекской (XIII–XVI вв.), оставивших заметный след в истории доколумбовой Америки. Она представляет собой обширную овальную выемку 112 километров длины и 64 километров ширины. В южной ее части находится столица страны — город Мехико, построенный в XVI веке испанскими конкистадорами на развалинах ацтекского Теночтитлана. Высокие горные цепи окружают долину почти со всех сторон. А на юговостоке ее, словно два гигантских недремлющих стража, возвышаются вулканы — покрытый вечными снегами Попокатепетль ("Курящаяся гора") и его спутница Икстасихуатль ("Белая женщина"). Есть здесь и другие вулканы помельче. Часть из них — постоянно действующие. Другие же молчат уже многие столетия, по крайней мере на протяжении всей письменной истории Мексики.

Долина Мехико издавна манила к себе людей. Ее обнаружили и освоили еще первобытные охотники на мамонтов, и это случилось примерно 25–20 тысяч лет назад. Позднее, в 1 — начале II тысячелетий н. э., сюда вновь и вновь врывались с севера орды диких кочевых племен, вытесняя или порабощая более ранних обитателей, уже достигших известного уровня цивилизации. Каждый народ, каждая культура оставляли здесь после себя вполне осязаемые следы в виде руин городов, селений и могильников. И поэтому долина Мехико буквально «нашпигована» древними памятниками самых разных эпох. Но именно это и создавало всегда дополнительные трудности для исследователей, пытавшихся проникнуть в далекое прошлое одного из важнейших центров доколумбовой Америки. Прежде всего требовалось установить последовательность важнейших этапов в развитии местных культур. Однако письменная история Центральной Мексики не уходила глубже Х века н. э. Благодаря старым индейским хроникам

были известны ацтеки и тольтеки. Им и приписывали прежде все обнаруженные древности, в изобилии встречавшиеся на поверхности и в глубинах земли. Позднее, по мере накопления опыта и знаний, ученые все чаще стали встречать остатки древних культур, не укладывавшихся в прокрустово ложе старых схем и воззрений. Возникла необходимость дальнейшего подразделения истории этого края на соответствующие эпохи. У предков современных мексиканцев находились все более дальние предшественники.

Еще во второй половине XIX века французы из экспедиционного корпуса Наполеона III нашли в Центральной Мексике несколько грубых глиняных статуэток очень архаичного облика. Но значения этой находки никто не понял: ученые мужи в музеях и университетах упорно считали тольтеков и ацтеков самыми древними обитателями страны.

Лишь в 1907 году археолог Зелия Нутталь ((?ША) приобрела у рабочих каменоломен г. Мехико очень похожие грубые глиняные фигурки, которые регулярно добывались ими из-под слоя окаменевшей лавы — Педрегаль, на окраине мексиканской столицы. Это свидетельствовало о значительном возрасте находок, хотя и не решало вопроса об их соотношении с памятниками уже известных доиспанских культур.

И вот в 1910 году мексиканский археолог Мануэль Гамио осуществил первые стратиграфические раскопки в долине Мехико и по глубине залегания установил, что такие «архаические» статуэтки предшествуют во времени и тольтекским и ацтекским изделиям. Так была открыта новая «архаическая» (или доклассическая) эпоха в истории Древней Мексики.

Самому М. Гамио удалось вскоре раскопать материалы «архаического» времени, залегавшие под слоем окаменевшей лавы в Копилько. А в 1922 году нагромождения застывшего лавового потока — Педрегаля и скрытые под ним следы деятельности древнего человека привлекли внимание еще одного ученого — профессора Аризонского университета (QIIIA) Байрона Кэммингса.

После долгих поисков он наткнулся на большой, заросший густым кустарником холм, одиноко стоявший в нескольких милях к югу от г. Мехико, близ дороги, ведущей в г. Куэрнаваку. Местные жители называли его