Читаем Древние майя полностью

Реальный ход событий реконструирован сейчас учеными с достаточной полнотой. Судя по характеру и толщине вулканических отложений, извержение Илопанго протекало в три этапа. Сначала наблюдалось выпадение из туч довольно крупных частиц пемзы. Они покрыли все пространство в радиусе 50 километров тонким слоем в 1–2 сантиметра, а у самого вулкана — до 40 сантиметров. Затем последовал комбинированный удар — интенсивные пеплопады из туч и мощные потоки раскаленных газов, пепла и пемзы, быстро катившиеся по склонам гор и погребавшие и сжигавшие на своем пути посевы, леса и селения. После него остались отложения пепла в 20 сантиметров толщиной на площади в радиусе до 77 километров и 6 метров вблизи вулкана. И наконец, повторные пеплопады и выбросы газов и «тефры», распространявшиеся по поверхности земли, довершили опустошение прилегающей к

' Тефра- геологический термин, обозначающий отложение вулканического пепла.

го территории. Мощность отложений белого пепла достигала на этот раз в среднем 0,5 метра, а вблизи источника извержения от 9 до 50 метров!

Каково же было непосредственное воздействие этой катастрофы на население горных юго-восточных районов майя и на судьбы майяской культуры в целом?

Известное представление об этих сложных процессах дает нам сравнительная геология. Особенно подходит для сопоставления с Илопанго случившееся в 1943 году извержение вулкана Парикутин, расположенного в 320 километрах к западу от города Мехико. Хотя и несколько меньшее по масштабам, данное извержение было хорошо изучено и описано специалистами-вулканологами. А кроме того, наблюдается поразительное сходство природно-климатических условий района Парикутина и Западного Сальвадора. Мексиканский вулкан выбросил в возду^ огромную массу пепла. Местами его толщина достигла 150 метров, а зона распространения — до 500 километров. Извержение Парикутина нанесло сильный удар по самым основным источникам существования человека. Многие реки и ручьи либо исчезли совсем, либо, напротив, резко увеличили объем воды. Часть старых рек исчезла, но появились новые. Огромные участки земли лишились всей растительности — посевов, трав, кустарников и деревьев. Растения оказались очень уязвимыми по отношению к вулканическому пеплу. Животные умирали как от вдыхания химически вредного пепла, так и от заглатывания его вместе с растительной пищей. В течение первого года после катастрофы земля, покрытая более чем 10-сантиметровым слоем тефры, уже не годилась для возделывания. С большим трудом, используя самые совершенные сельскохозяйственные методы и машины, удалось через четыре года, да и то лишь на отдельных участках, вырастить весьма скромные урожаи. Было подсчитано, что потребуется не менее 200 лет для йосстановления нормального покрова лесной растительности близ Парикутина и еще большие сроки для ликвидации всех вредных последствий его воздействия на местную экологию.

Точно такие же данные получены и в Исландии — одном из наиболее активных вулканических районов мира. Здесь местные крестьяне покидали свои поселки

в тех случаях, когда слой свежевыпавшего пепла достигал 10 сантиметров или больше. Восстановление плодородия почвы и пригодности ее для земледелия происходило, как правило, лишь через несколько десятилетий.

"Исходя из этого, — заключает американский исследователь Пайсон, Шито, — двухсотлетнее опустошение и обезлюдение значительной части юго-восточной горной области майя представляется вполне вероятным, притом что пепел Илопанго был более вредным, более обильным и более широко распространенным, чем в районе Парикутина".

Фактически за один лишь день роскошная тропическая растительность на большей части Сальвадора должна была превратиться в белую пустыню, лишенную почти всех признаков жизни.

Что же случилось тогда с людьми, ставшими жертвами этой ужасной природной катастрофы? Нет, жителей Чальчуапы и многих других поселков, расположенных на некотором удалении от Илопанга, не постигла печальная участь обитателей Геркуланума и Помпей. Их дома не были засыпаны до крыш вулканическим пеплом, затоплены грязевыми потоками или сожжены огненной лавой. Ведь не следует забывать, что их отделяло от разбушевавшегося каменного исполина все-таки солидное расстояние в 75 километров. Но общие масштабы катастрофы от этого отнюдь не уменьшаются. Скудные технические возможности древнемайяского земледельца, вооруженного лишь каменным топором и палкой с заостренным концом, не позволяли ему возделывать поля и выращивать урожай даже в том случае, если почву покрывал тонкий слой вулканического пепла в 10 сантиметров толщины. А в действительности же пепла было гораздо больше. И этот «мораторий» на всякую земледельческую деятельность оказывал свое воздействие на площади свыше 3000 квадратных километров!