Читаем Дракон среди нас полностью

Мшицка, ухватившись за руку дракона, более-менее твёрдо встала на ноги, отёрла сухие покрасневшие глаза тыльной стороной ладони. Илидор повторял себе, что нужно стоять смирно и ничего не делать, дожидаться конца представления. Дожидаться, пока всё это закончится и толпа рассосётся. А затем, уж будьте уверены, он добьётся возможности посмотреть на изувеченных детей поближе. Он выгрызет такую возможность из циркачей, даже если придётся сделаться очень неприятным, рычащим и откровенно угрожающим драконом.

Да разбросать бы в ёрпыль собачью весь этот балаган, разорвать пополам балясника Амриго, втереть Тай Сум в плотно слежавшуюся землю простолюдной площади!

Звонкий щелчок хлыста. Командный рявк:

— Акробаты Панадерь и Пластический Мальчик! Удивительные трюки на чердачной высоте!

Под свист и топанье десятков пар ног из циркового шатра вынырнули две фигуры, одетые в светлые льняные костюмы: тоненькая детская и высокая худощавая. Для эльфа Панадерь был, пожалуй, коренаст — чисто сподручник из Донкернаса. Пепельноволосого Пластического Мальчика он держал за руку, и оба шли к центру арены, махая толпе, а следом двое служек в затрёпанных фартуках несли длиннющий шест, на который Илидор поначалу не обратил внимания.

Панадерь и мальчик, остановившись на почтительном расстоянии от Тай Сум, раскланялись на все стороны, после чего эльф приставил правую руку к спине мальчика и перекувырнул его три раза в воздухе. Люди вокруг засмеялись и затопали ногами, а Мшицка вцепилась в рукав Илидора и жутким шёпотом, не отводя взгляда от мальчишки, выдохнула дракону в ухо:

— От Ерджи!

Илидор вместо ответа перехватил Мшицку одной рукой за плечи, другой за локоть, чтобы не вздумала ринуться на арену. Даже не подумал о том, что стоящие впереди люди её не пропустят.

Она прижимала дрожащие пальцы к губам, не сводила глаз с тоненькой фигурки, обтянутой светлым костюмом. Большие ногти её посинели.

Зрители умолкли, многие затаили дыхание в предвкушении потехи, и в наступившей тишине стало слышно, как заунывно тренькает шарманка на шее Тай Сум. Дракон смотрел на шест, который поднимал Панадерь, шест длиннющий — как будто тесали его из старолесского кряжича; на одном его конце был опоясок, на другом — перекладина.

Мшицка снова обернулась к Илидору. В глазах её полоскался ужас:

— Он хоче, чтоб Ерджи лез доверху?

Эльф поднял шест, укрепил его на своём поясе и, некоторое время побалансировав, принялся приводить в равновесие вторую его часть. Какая там «чердачная высота» — пожалуй, даже такие двухэтажные дома с чердаками, какие встречались дракону в людских городах близ Эльфиладона, были пониже! Если этот шест рухнет в толпу, то убьёт пяток зрителей — кажется, та же мысль пришла в головы самим зрителям, и многие стали пятиться. Илидор и Мшицка остались на месте — дракон развернулся боком, выставил перед собой локоть, крылья закрыли его и старуху, и когда толкучая толпа снова успокоилась, между Мшицкой и её внуком почти не осталось людей.

Приведя шест в равновесие, Панадерь что-то шепнул мальчику, тот влез ему на плечи (шест зашатался, зрители ахнули), а потом, обхватив шест руками и ногами, Ерджи стал подниматься наверх, и теперь эльфу приходилось балансировать, переступая с одной ноги на другую.

Мшицка осела, словно из её тела выдернули хребет. Илидор покрепче обхватил её за плечи и стал протискиваться вперёд, уже не обращая внимания на шипение, которое понеслось ему в спину. Кто-то снова больно двинул локтем под рёбра, кого-то хлестнуло крыло, кто-то хотел подставить подножку, но посмотрел в лицо Илидора, на его сжатые губы, заострившиеся скулы — и предпочёл поздорову уступить дорогу.

Негромко и заунывно трещала шарманка на шее Тай Сум.

Громкое «Ай да!» раздалось в толпе как раз в тот момент, когда Илидор и Мшицка выбрались в первый ряд: Ерджи достиг верхушки шеста. Мшицка вцепилась ногтями в щёки, глядя как маленькая фигурка, покачивающаяся на перекладине в вышине, посылает зрителям воздушные поцелуи.

Тай Сум громко свистнула, и из циркового шатра выбежали четверо в цветных балахонах. Маленький смуглокожий человек в красном поднёс к губам дудку и, обегая вокруг Панадеря, завёл задорный пастуший мотив. Синий Балахон остановился сбоку от эльфа и подальше от Тай Сум, вплёлся в дудочный мотив песней небольшой гармоники, стал пританцовывать на месте. Оранжевый Балахон утвердил на плече неизвестный Илидору музыкальный инструмент вроде фигуристой лютни. Тай Сум шикнула на него: «Скрипач не нужен!», но человек невозмутимо занёс над диковинной лютней нечто похожее на шерстяную пилу. Илидор, на миг забыв про мальчика на шесте, глядел на музыканта, разинув рот, и ожидал, что же будет, когда тот начнёт пилить струны своей лютни, но Тай Сум, выхватив из-за пояса хлыст, звонко щёлкнула им прямо под ногами Оранжевого Балахона — тот сдулся, сгорбился, потрусил обратно в шатёр, прижимая к животу пилу и лютню. В это время Зеленый Балахон поднял трещотку, увешанную лентами и колокольчиками, и пошёл вкруг зрительского кола, исторгая из трещотки щёлкающие звуки.