Читаем Draco is awaiting (СИ) полностью

Ночью Малфой-мэнор походил на военно-полевой лазарет и отделение больницы св. Мунго одновременно. Приглашённые колдомедики за весьма приличное вознаграждение сумели к утру, в том числе и не вполне легальными методами, поставить Драко на ноги. Проснувшись после обеда почти бодрым и относительно энергичным, он начал собираться на операцию «незаметно проникни в тёмное магическое здание и останься жив»: тщательно проверил волшебную палочку и поупражнялся в творении некоторых сложных редких заклятий, перебрал кучу оберегов и артефактов, способных пригодиться в его сложном и рискованном мероприятии, настроился на воинственно-сосредоточенный лад.

Уже стоя в прихожей и держась за ручку входной двери, он помедлил немного, вернулся в ванную и, сняв с вешалки пижамную рубашку Гарри, уткнулся в неё носом. Голова поплыла от запаха аманта, навеявшего щемяще-нежные воспоминания и ещё больше усилившего тревогу, что билась в груди раненым, жаждущим свободы зверем, на глазах навернулись предательские слёзы. Драко разозлился на себя за такую уж вовсе недопустимую слабость и решительно направился к выходу...

Он это сделал! Уже после полуночи, изрядно замёрзнув и перенервничав, уверившись в своём фатальном везении и счастливой звезде Малфоев, столетиями освещающей их безрассудные рискованные предприятия, Драко, никем не замеченный, миновав множество ловушек и защитных чар, пробрался в подозрительный дом и даже смог на скорую руку исследовать его. Дом, как дом, только переполненный тёмным колдовством по самую крышу. А ещё сочащийся опасностью и болью, страхом и обречённостью. Драко был крайне удивлён собственной резко обострившейся энергетической чувствительности, пока не разобрался в её ужасающих причинах: вся та магическая энергетика, так остро ощущавшаяся каждой клеточкой его тела, нестабильная и рваная, напористая и ушедшая в глухую защиту, исходила от... аврора Поттера и воспринималась расколотым сердцем Драко Малфоя, как его личная боль и непоправимая катастрофа...

Поттера держали на чердаке. Кажется, пытали. Но об этом Драко старался не думать, гнал смутные, но острые, обжигавшие липким страхом и почти реальной физической болью, приступы из своего воспалённого перевозбуждённого сознания и тратил на это так много сил, что вновь с ужасом почувствовал приближение прежнего болезненно-горячечного состояния.

Помимо него в доме было пятеро тёмных магов. Пожирателей смерти — об этом услужливо заявила Тёмная метка на предплечье, контуры которой наполнились алыми каплями. Пять... И шестой — самый сильный, почти пробивавший, на расстоянии, непроизвольно и сам того не замечая, нешуточную защиту и маскировку Малфоя. Узнал Драко только двоих, кто были прочие, откуда взялись и что затевали в Лондоне, осталось для него загадкой. Все его мысли и стремления были поглощены необходимостью скрываться в каморке под лестницей и не выдавать себя в такой безумно опасной обстановке.

Поразмыслив немного и почти успокоившись, оценив ситуацию, Драко понял, что без шума выбраться из дома, нашпигованного тёмной магией, и привести помощь он вряд ли сумеет. То есть такой шанс чисто теоретически существовал, но «вряд ли» в данной ситуации, когда речь шла, без преувеличения, о жизни и смерти Гарри, его не устраивало. Вступить в сражение с таким мощным отрядом Пожирателей и одержать в нём победу представлялось не просто маловероятной, а совершенно нереальной, и даже вредной затеей: ввязаться в бой, учитывая крайне нервный и воинственный настрой Драко, было проще простого, а вот шансы выжить в этом бою и реально помочь Гарри равнялись нулю или уходили в минусовую вероятность. Значит, как ни рвались кулаки, сердце и волшебная палочка Малфоя на спасение любимого, оставался единственный рациональный, не губительный для них обоих выход: ждать. Ждать, пока противник устанет, совершит ошибку, ждать, пока Пожиратели разойдутся по каким-нибудь делам или притупят бдительность. Ждать, пока у него появится хоть один подлинный шанс выйти из неравного боя, если уж не победителем, то хотя бы не проигравшим вчистую на первых же секундах. Ждать, ждать, ждать... Вся их с Поттером игра в «ожидание», и его якобы нереальные прошлогодние муки этой ночью показались Малфою лёгкой тренировкой, почти безобидно щекотавшей нервы, разминкой перед настоящим испытанием, выпавшим на его долю. На их с Гарри долю. На долю его расколотого сердца... Которое именно сейчас должно было быть прочнее и твёрже алмаза, надёжнее закалённого булата, искуснее ветра, тасующего облака, управляющего грозовыми тучами и дарящего птицам полёт, жарче Адского пламени и сильнее самой любви, пылающей в нём... Должно было быть, без проб и вариантов. И было, ибо оно — сердце Драко Малфоя.

====== 4-2 ======