Читаем Достичь горизонта полностью

— Господин Галинкаф. — заговорил первым офицер Богдан Гелашвили. — Мы тут с товарищем посовещались, привлекли господина Кашина. — он указал ладошкой на мужчину с острым лицом, что недавно перебил ученого. — Даже приблизительные расчеты показывают, что для нормального функционирования такой системы необходимо полностью заимствованных… мозгов… — он немного отвел взгляд, теряясь в научных формулировках. — Около сотни человек на один полицейский участок или же на один полк в пятьсот военных андройдов. Это дорого. Да и скрыть такое в бо́льшем масштабе будет проблематично. — все присутствующие как по команде закивали.

— Система не была создана изначально, как нечто применимое для военных целей или же для контроля полиции. — вздохнул Рубен. — Но она способна на это. Тем более вы не правы. Сотня — это грубая и не точная цифра…

— Согласен, однако…

— Однако вы забыли учесть, что мы еще даже не начали эксперимент. — настаивал ученый, не давая более себя перебивать. — Вовсе не обязательно, фактически, убивать личность, оставляя работающий мозг как инструмент. Мы придумали два способа записи и обучения ИИ при минимальных человеческих ресурсах. Господа! — он повысил голос, привлекая внимание тех, что все еще были увлечены спорами и расчетами. — Пройдемте за мной дальше в испытательный цех. Там мы проводим первичные тесты на куда более скромной системе, но зато вы сможете увидеть всю структуру целиком.

Группа спешно поднялась с нагретых мест, кто-то продолжал спорить, кто-то быстро допивал большими глотками остатки коньяка или виски из своих бокалов. Рубен, не дожидаясь пока все поднимутся, поспешил в коридор, противоположенный тому, из которого они попали в комнату отдыха. Два поворота и перед делегацией инвесторов предстали массивные стальные ворота шириной около четырех метров и трех в высоту. Ученый что-то нажал на консоли слева.

— Добро пожаловать в испытательный цех номер один. — прозвучал из динамиков красивый уверенный мужской бас. — Дорогие гости из гос органов, я полагаю?

— Верно, господин Логинов. — кивнул консоли Рубен.

— Хорошо. Проходите, не задерживайтесь.

Раздалась короткая сирена, заморгали проблесковые маячки по бокам от ворот, из стен коридора по обе стороны высунулись стволы охранных пулеметных и лазерных гнезд. Группа занервничала.

— Все в порядке, господа, система проводит сканирование! — пытался унять нарастающую панику ученый. — Этот процесс автоматический и даже Аристарх Михайлович — наш гендиректор, проходит через это каждый раз. Его, кстати, тоже нервирует. — он подмигнул немного успокоившейся группе, а тем временем ворота немного приоткрылись, оставляя пространство ровно для одного человека. — Прошу вас, пройдемте.

Внутри сновали люди в белых халатах, перенося оборудование неизвестного для делегатов назначения, всюду высились столбы электроники, мерцающие сотнями светодиодов, вдоль стен стояли капсулы со стеклянными крышками, а внутри лежали люди, подключенные к нейроинтерфейсу. Группа прошла в центр просторного помещения к круглой стойке с десятком операторов перед мониторами и голо панелями. Никто даже не обратил на них внимания.

— Посмотрите на вот эту диаграмму. — Рубен что-то нажал в своем комме и перед делегацией возникла проекция нескольких графиков, прыгающие столбцы диаграмм, считывающие чьи-то данные в режиме реального времени, множество формул и разного рода других информационных окон. — На первый взгляд без ста грамм не разобраться. — наигранно посетовал ученый, на что группа издала сдержанный смешок. — А теперь серьезно. Мозг каждого испытуемого многократно сканируется и записывается отдельным ИИ. Затем вся личность дробится на шестьдесят четыре части — это своеобразный потолок, представляя в конечном итоге массив ИИ с интеллектом пятилетнего ребенка. В итоге мы имеем сто двадцать восемь программируемых машинных мозгов со способностями к самообучению, но это еще не все. — пресек он жестом попытку Богдана Гелашвили снова его перебить. — Копированный мозг помещается в среду обучения тем или иным знаниям одним массивом, то есть между фрагментами происходит обмен информацией. Живой мозг, вернее уже его фрагменты, помещаются по отдельности в туже среду, не имея возможности взять знания из других источников. После достижения обеими группами схожих результатов, мы постепенно сращиваем каждый фрагмент живого мозга с массивом электронного. И каждый раз, господа, вы только вдумайтесь! — увлекся ученый, активно жестикулируя и тыча пальцем, что считалось в общем то не приличным, в графики и диаграммы. — Каждый раз, когда новый присоединенный фрагмент учит чему-то новому итоговый массив, мы получаем увеличение итоговой мощности на три-пять процентов! В итоге данных становится достаточно для того, чтобы записать их обратно в изначальный мозг-носитель, заполняя его на все сто процентов, но работать он будет как целое, пусть и среднее в отношении ёмкости, киберядро!

— Такой симбионт сможет делать то, о чем вы говорили ранее? — снова спросил невидимый голос из середины плотно стоящей группы.