Читаем Досье Дрездена полностью

Дверь начала отворяться, и я воздел руки в самой что ни на есть угрожающей магической позе. Чушь, конечно, но поза вызывает у людей реакцию на чисто атавистическом уровне. Не так уж мы далеко ушли от наших первобытных предков, для которых язык тела значил едва ли не больше, чем слова. Моя поза объявляла меня в качестве главного — человека, контролирующего все свое окружение, того, за кем идут, этакой смесью психа и фокусника, — короче, самого опасного из находящихся в комнате предметов.

Баттерс с Фицем прижались к стене по обе стороны от двери, держа оружие наготове. Дверь со скрежетом отворилась, на пороге возникла массивная зловещая фигура и застыла в нерешительности, вглядываясь в меня из-под поднятой козырьком руки.

Баттерс с криком опустил на фигуру свою дубинку. В противоположность ему Фиц опустил свои кусачки беззвучно. Даже в эту долю секунды я успел восхититься Баттерсом. Драться коротышка не умел и отлично понимал это. Зато у него хватило ума заорать, привлекая внимание противника к тому из двоих, кто был меньше, слабее и хуже вооружен. Это давало возможность Фицу напасть на незнакомца сзади.

Пусть Баттерс и не боец, но силы духа у него хватило бы на трех громил .

Правда, помочь им это не смогло.

Рослый незнакомец, похоже, заподозрил неладное. Даже не повернув головы, он поднырнул под кусачки, одновременно резко выбросив вбок левую руку. Кулак его угодил Баттерсу точно в живот, и тот полетел на пол. Незнакомец резко повернулся — как раз вовремя, чтобы перехватить новый удар восстановившего равновесие Фица. Небрежным движением он выхватил кусачки из рук Фица, а потом плавным взмахом, напомнившим мне Мёрфи в деле, бросил юнца точнехонько в начинавшего подниматься Баттерса, и те, спутавшись в клубок, покатились по полу. Хлопнула закрывшаяся дверь.

Дэниел Карпентер, старший сын Майкла Карпентера, постоял немного, покачивая трофейными кусачками. Ростом и сложением он не уступал уже, пожалуй, отцу, да и взгляд его серых глаз был таким же спокойным. Потом он посмотрел на меня, открыл рот и снова закрыл.

Я помахал ему.

— Привет, Дэниел.

Звук моего голоса донесся до него из радио в кармане у Баттерса.

Он зажмурился.

— Какого черта? — спросил он, обращаясь ко мне. С меня он перевел взгляд на Баттерса, потом на Фица, потом на кусачки. — Нет, серьезно. Какого черта, Баттерс? Какого черта вы делаете?

Баттерс спихнул с себя Фица и раздраженно уставился на Дэниела.

— Потише, пожалуйста, — прохрипел он приглушенным голосом. — Мы ищем здесь одного нехорошего парня, а ты нам мешаешь.

— Значит, вы этим заняты? — спросил Дэниел; голос он, впрочем, понизил. — А вот мисс Мёрфи считает, что вы сходите с ума.

Баттерс даже зажмурился.

— Чего? С чего это Кэррин так считает?

— Из-за вот этого. — Дэниел мотнул головой в мою сторону.

— Ох, — сказал я. — Обидно слышать.

— Балда, — сказал Баттерс. — Не валяй дурака. Это Дрезден. Или по крайней мере его дух, что примерно то же самое.

— Мы этого наверняка не знаем, — парировал Дэниел. — Создания из мира духов могут прикидываться кем угодно по своему желанию. Да вам это и так известно.

— Разве мы не покончили с идентификацией? — возмутился я.

— Ну да, да. Видите? — Баттерс повернулся ко мне. — Видите, в кого она превратилась?

— Кто? — не понял Дэниел.

— Кэррин, разумеется, — хмыкнул Баттерс. — С тех пор, как вы исчезли, Гарри, она воюет со всем миром и в средствах себя не ограничивает. Черт, она даже от Марконе помощь принимает.

Лицо Дэниела потемнело.

— Не смейте говорить так о мисс Мёрфи. Только благодаря ей фоморы не орудуют в Чикаго так, как в других городах.

— Одно другому не мешает, — со вздохом возразил Баттерс. Он посмотрел на меня и развел руками: — Вот видите, с кем мне приходится иметь дело.

Я поморщился и кивнул:

— Думаю, это из-за ее работы. Никак не разберется со своим нынешним положением. Она была примерно такой же, когда я открывал свою лавочку, а ее только-только назначили шефом ОСР: мнительная, узколобая, во всем видела только черную сторону. С ней даже говорить было почти невозможно.

— Вы нарушили ее прямые приказы, — буркнул Дэниел Баттерсу.

Баттерс поднялся на ноги и помог встать Фицу.

— Приказы? Мы не в армии, парень, а Мёрфи — не королева Чикаго. Она не может мне приказывать.

— Вольно же вам говорить это в ее отсутствие, — не удержался я.

— Я думаю сам за себя, но не самоубийца, — возразил Баттерс и, нахмурившись, посмотрел на Дэниела. — Постой-ка. Так это она послала тебя следить за мной?

— Черт, — заметил я. — Вот это уже настоящая паранойя.

Дэниел покачал головой, бросив на меня короткий угрюмый взгляд.

— Вам придется пойти со мной, мистер Баттерс.

— Нет! — отрезал Баттерс. — Не пойду.

Дэниел упрямо выставил вперед подбородок.

— Мисс Мёрфи сказала, это ради вашего же блага. Чтобы я вытащил вас из всего, куда вот это, — он мотнул головой в мою сторону, — вас ни затащит. Так что пойдемте.

— Нет, — упрямо повторил Баттерс, глядя на только что не вдвое превосходившего его ростом юношу. — Я не брошу Фортхилла на милость бандита-чернокнижника.