Читаем Досье Дрездена полностью

Ну ладно, говоря «квартира», я не имел в виду мое старое жилище. При жизни я обитал почти что под землей, в коробке двадцать на тридцать футов — не считая расположенной совсем уже в подвале лаборатории. И апартаменты мои были под завязку набиты дешевыми книгами в бумажных обложках на обшарпанных полках и удобной, купленной на распродажах секонд-хенда мебели.

Эта квартира подошла бы скорее Бонду. Джеймсу Бонду. Даже не квартира, а пентхаус, право слово. Уйма мрамора и красного дерева. Здесь имел место камин размером с маленький гараж, в котором полыхал небольшой пожар. Меблировка соответствовала. В отделке ее преобладала замысловатая ручная резьба. Только при более внимательном рассмотрении я узнал в узорах руны и знаки, которыми украсил в свое время собственный посох и жезл. Диваны (во множественном числе), кресла-каталки, банкетки и обычные кресла (также во множественном числе) были обиты какой-то дорогой тканью — должно быть, редкими шелками, расшитыми теми же знаками, серебряными и золотыми. На ближнем от меня столе громоздилось блюдо с чем-то, напоминавшим свежезажаренную индейку, а также вазы с фруктами, овощами и всякого рода закусками.

Нет, право же, жратвы здесь хватило бы на небольшое государство. Правда, тарелок, чтобы накладывать на них всю эту красоту, я не видел — равно как ножей и вилок. То есть выглядело все это восхитительно, и запах поднимался неописуемый, и все же... ощущалось в этом что-то неестественное, безжизненность какая-то. Не радовал этот стол ни души, ни тела.

Одну стену скрывала портьера. Я попробовал ее сдвинуть, и она послушно ушла вбок от одного моего прикосновения, открыв взгляду телевизор размером с хороший рекламный щит, ультрасовременную стереосистему и целую полку, уставленную игровыми консолями; рядом с каждым девайсом аккуратно лежал пульт управления с множеством кнопок. Я вряд ли отличу на вид «Плейбокс» от «Икс-стейшн», за всеми этими штуками разве уследишь? Их сейчас столько понаделали... Нет, честно.

— Э... — произнес я. — Привет? — Голос мой звучал здесь как-то странно, словно в просторной мраморной пещере. — Есть кто дома?

Ответом стала — честное слово, не шучу! — барабанная дробь.

Занавес у дальней стены раздвинулся, и из открывшегося за ним арочного прохода выступил молодой мужчина. На вид ничего особенного: высокий, но не долговязый, стройный, но не тощий. Широкоплечий. Что-то в нем показалось мне знакомым. Одет он был под Дина Джеймса: джинсы, белая рубаха, кожаная байкерская куртка. Одежда смотрелась на нем немного странно, не совсем естественно, за исключением одной детали. На куртке, как раз над сердцем, белел маленький вышитый череп.

Грянули литавры, и он развел руки.

— Та-да-да-дам!

— Боб, — выдохнул я. Губы мои невольно начали кривиться в улыбке. — Что это? И из такого места ты вечно просил тебя выпустить? Да здесь с полдюжины меня запросто разместятся!

Его лицо тоже расплылось в ухмылке.

— Не могу не признать, чертовски уютная берлога. Но золотая клетка, Гарри, все равно остается клеткой.

— Больше похоже на шикарное бомбоубежище.

— Так или иначе, даже в такой обстановке раз в десять лет хочется как следует все перетряхнуть, — заявил он, плюхаясь в кресло. — Надеюсь, ты понимаешь, что в реальности внутренности черепа выглядят немного по-другому?

— Ну да, — кивнул я. — Это моя голова интерпретирует то, что видит, в привычные предметы. Я к такому начинаю уже привыкать.

— Добро пожаловать в мир духов, — хмыкнул Боб.

— А еда?

— Баттерсова мамочка типа богиня кулинарии. — Боб мечтательно сощурился. — Вот это, например, то, что она накрывала на стол за несколько последних выходных. Ну, точнее, Баттерсовы чувственные воспоминания об этом. Он тут позволил мне прогуляться с ним немного, вот я и воспроизвел часть того, что мы с ним испытали.

Брови мои удивленно поползли на лоб.

— Он позволил тебе прогуляться? У него в голове? — Боб никогда не отличался особой сдержанностью — по крайней мере на моей памяти. В первую очередь это относилось к его прогулкам.

— Ну, мы с ним предварительно заключили договор, — уточнил Боб. — Краткий такой документ, страниц двадцать, не больше. Он выполнял свои обязательства.

— Угу, — кивнул я. — И ты, значит, все это просто воспроизвел?

— Ну да, — подтвердил Боб. — Я вообще могу воспроизвести что угодно. — Он подмигнул. — Хочешь, покажу, как было, когда Молли облила у тебя в лаборатории одежду кислотой и ей пришлось раздеться?

— Гм, — буркнул я. — Обойдемся. — Я осторожно, ожидая подвоха, опустился на стул, но тот вел себя как нормальный стул — я не просочился сквозь него, он сам не растаял... в общем, все обошлось. — А телевизор и вся эта машинерия — тоже?

— Чувак, я же весь типа состою из энергии. — Боб ткнул пальцем в стену с электроникой. — Вспомни, я же работал передатчиком на твоей радиостанции для духов. В общем, я теперь подключен. Кабельное, спутниковое телевидение, широкополосный Интернет... Что твоей душе угодно. Откуда, думаешь, у меня столько знаний?

— Из нескольких веков ассистирования чародеям? — предположил я.

Он отмахнулся.