Читаем Досье Дрездена полностью

Однако все меняется.

Морти избавился от всего дешевого мусора, за исключением ограды. Теперь он превратил двор в подобие японского садика. Здесь росло несколько аккуратно постриженных кустов и красовался маленький прудик с перекинутым через него деревянным мостиком. В деревянных кашпо росли деревца-бонсай, причем североамериканских пород. Как-то непривычно видеть то, что выглядит как взрослый дуб, только высотой дюймов в пятнадцать, с крошечными листиками.

В Чикаго найдется немного людей, продающих такие штуки, из чего следовало, что Морти вырастил все это сам. Если так, это потребовало от него уймы сил и терпения.

Я медленно подошел к воротам и протянул руку, чтобы отворить створку.

Моя рука прошла сквозь металл.

Нуда, я ведь знал уже, что я призрак, но опыта нематери-альности мне явно недоставало. Как-то я привык, что к предметам можно прикоснуться, ощупать их. Кисть покалывало, словно я отлежал ее после сна. Просунув руку чуть дальше, я увидел высовывающиеся из металла собственные пальцы. Для верности я пошевелил ими.

— Ладно, — буркнул я сам себе. — Ничего не поделаешь. — Набрал в грудь побольше воздуха, словно собираясь броситься в воду. И, чуть съежившись, ринулся вперед.

И ничего особенного. Ну, покололо тело иголками, но всего-то на короткое мгновение. А потом я оказался на другой стороне.

По вымощенной камнем дорожке я направился к парадному входу в дом Морти. Только поднявшись на мостик, я заметил мужчину, стоявшего в тени на крыльце.

Фигура его внушала уважение. Не тяжелоатлет или бодибилдер — просто крепкий, плечистый тип почти с меня ростом. Темные волосы перехватывала чуть ниже затылка лента. Длинная темно-синяя шинель доходила почти до колен; рукава ее украшал золотой позумент. Из-под шинели виднелся мундир: туго облегающая синяя куртка, белая рубаха, белые штаны и высокие черные башмаки. На плече его покоился тяжелый топор с длинным топорищем. Свободной рукой он не спеша вытаскивал из-за пояса большой кремневый пистолет. Я остановился. Он нацелил пистолет более или менее в мою сторону.

— Стой! — выкрикнул он. — Назови себя, мерзавец, или изыди!

— Мерзавец? — оскорбился я, театральным жестом прижимая пальцы к груди. — Вам не кажется, что это не совсем справедливо?

— У тебя вид мерзавца! — прогрохотал незнакомец. — И прохиндея, и оборванца. Да хотя бы и конгрессмена. — Я увидел, как блеснули в темноте его зубы. — Как тебя звать, парень?

— Гарри Дрезден, — как можно отчетливее произнес я.

Ствол пистолета отклонился на пару градусов в сторону.

— Чародей?

— Бывший чародей, — уточнил я. — Точнее говоря, покойный Гарри Дрезден.

— Похоже на то, — согласился незнакомец и сдвинул брови, словно раздумывая.

Надо сказать, это выражение лица не слишком-то сочеталось со всем его обликом.

— Если ты лжешь, — медленно проговорил он, — я не вижу причин поступать так, а стало быть, я должен тебя застрелить. Ежели же ты говоришь правду, твое присутствие представляет угрозу дому моего друга, стало быть, я тем более обязан тебя застрелить. — Он решительно кивнул и снова нацелил на меня ствол пистолета. — Так и так...

Он явно собирался выстрелить. Я не знал, убьет меня это или нет, но весь мой жизненный опыт говорил о том, что вполне может. И уж в любом случае, решил я, это должно быть больно как черт знает что. Я никак не мог позволить этому громиле спустить курок. Впрочем, если его наряд соответствовал эпохе его земной жизни, это могло оказаться делом несложным.

— Вам не кажется, что застрелить меня было бы немного жестоко? — поинтересовался я. — Я безоружен, не угрожаю вам и не оскорбляю вас. Я даже вам представился. Тогда как вашего имени я до сих пор не знаю.

Мужчина в синей шинели как-то сразу смутился, и пистолет снова отвернулся в сторону.

— Ах да. Гм... Прошу меня простить. В молодости в меня неважно вдолбили нормы обхождения, и этот недостаток, похоже, сказывается и в моем загробном существовании. — Он выпрямился и, буквально щелкнув каблуками, отвесил мне легкий поклон — дуло пистолета при этом, правда, не отклонилось от меня дальше, чем было. — Покойный сэр Стюарт Винчестер, колониальная морская пехота.

Я удивленно изогнул бровь.

— Сэр Стюарт? Колониальная морская пехота?

Он пожал плечами:

— Запутанная история, долго объяснять.

— Ладно, Стю, — кивнул я. — При всем моем к вам уважении дело у меня не к вам. К мистеру Линдквисту.

— Не уверен, — фыркнул Стю. — Вас приглашали?

Я смерил его холодным взглядом.

— Я, конечно, новичок в ваших призрачных делах, но уверен, что у вас здесь нет загробной почты для рассылки приглашений призракам.

— Вы бы удивились, узнав, сколько почтальонов не оставляет за собой тени, — возразил Стю. — Я так думаю, это привычка заставляет их и после смерти совершать свои обходы. Бедолаги даже не понимают, что что-то изменилось.

— Не уходите от темы, — настаивал я. — Мне нужно поговорить с Морти.

— Мне очень жаль, сэр, — вздохнул Стю. — Однако у меня имеется недвусмысленный приказ: буде появятся непрошеные гости, не допускать их в дом.

— И вы обязаны исполнять приказы Морти?