Читаем Дороги судьбы полностью

- Превосходно, - ответил Давид.

- Сколько у вас овец, господин Миньо?

- Вчера я насчитал триста девять. Моему стаду не посчастливилось. Раньше в нем было восемьсот пятьдесят овец.

- У вас есть жена и дом, и вы жили в довольстве. Овцы давали вам все, что нужно Вы уходили с ними в поля, дышали свежим, бодрящим воздухом, и сладок был хлеб, который вы ели. Вам оставалось только глядеть за своим стадом и, отдыхая на лоне природы, слушать, как в соседней роще свистят черные дрозды. Я пока что не отклонился от истины?

- Все это было так, - ответил Давид.

- Я прочел все ваши стихи, - продолжал господин Бриль, блуждая взором по своему книжному морю и словно высматривая парус на горизонте. - Поглядите в окно, господин Миньо, и скажите мне, что вы видите вон на том дереве.

- Я вижу ворону, - отвечал Давид, посмотрев, куда ему было указано.

- Вот птица, - сказал господин Бриль, - которая поможет мне исполнить мой долг. Вы знаете эту птицу, господин Миньо, она считается философом среди пернатых. Ворона счастлива, потому что покорна своей доле. Нет птицы более веселой и сытой, чем ворона с ее насмешливым взглядом и походкой вприпрыжку. Поля дают ей все, что она пожелает. Никогда она не горюет о том, что оперение у нее не так красиво, как у иволги. Вы слышали, господин Миньо, каким голосом одарила ее природа? И вы думаете, соловей счастливее?

Давид встал. Ворона хрипло каркнула за окном.

- Благодарю вас, господин Бриль, - медленно произнес он. - Значит, среди всего этого вороньего карканья не прозвучало ни единой соловьиной ноты?

- Я бы не пропустил ее, - со вздохом ответил господин Бриль. - Я прочел каждое слово. Живите поэзией, юноша, и не пытайтесь больше писать.

- Благодарю вас, - повторил Давид. - Пойду домой, к моим овцам.

- Если вы согласитесь пообедать со мной, - сказал книжник, - и постараетесь не огорчаться, я подробно изложу вам мою точку зрения.

- Нет, - сказал Давид, - мне надо быть в поле и каркать на моих овец.

И со свертком стихов подмышкой он побрел обратно в Вернуа. Придя в деревню, он завернул в лавку Циглера армянского еврея, который торговал всякой всячиной, попадавшей ему в руки.

- Друг, - сказал Давид, - волки таскают у меня овец из стада. Мне нужно какое- нибудь огнестрельное, оружие. Что вы можете предложить мне?

- Несчастливый у меня сегодня день, друг Миньо, - отвечал Циглер, разводя руками. - Придется, видно, отдать вам за бесценок великолепное оружие. Всего лишь на прошлой неделе я приобрел у бродячего торговца целую повозку разных вещей, которые он купил на распродаже имущества одного знатного вельможи, я не знаю его титула. Этот господин был отправлен в ссылку за участие в заговоре против короля, а замок его и все достояние - проданы с молотка по приказу короны. Я получил и кое-что из оружия, - превосходнейшие вещицы. Вот пистолет - о, это оружие, достойное принца! Вам он обойдется всего лишь в сорок франков, друг Миньо, и пусть я потеряю на этом деле десять франков. Но, может быть, вам требуется аркебуза...

- Пистолет мне подойдет, - отвечал Давид, бросая деньги на прилавок. - Он заряжен?

- Я сам заряжу его, - сказал Циглер, - а если вы добавите еще десять франков, дам вам запас пороха и пуль.

Давид сунул пистолет за пазуху и направился домой. Ивонны не было, в последнее время она часто уходила к соседкам. Но в кухонном очаге еще тлел огонь. Давид приоткрыл печную дверцу и кинул сверток со стихами на красные угли. Бумага вспыхнула, пламя взвилось, и в трубе раздался какой-то странный, хриплый звук.

- Карканье вороны, - сказал поэт.

Он поднялся на свой чердак и захлопнул дверь. В деревне стояла такая тишина, что множество людей услышало грохот выстрела из большого пистолета. Жители толпой бросились к дому Давида и, толкаясь, побежали на чердак, откуда тянулся дымок.

Мужчины положили тело поэта на постель, кое-как прикрыв разодранные перышки несчастной вороны. Женщины трещали без умолку, состязаясь в выражении сочувствия. Несколько соседок побежали сообщить печальную весть Ивонне.

Господин Папино, любознательный нос которого привел его на место происшествия одним из первых, подобрал с пола пистолет и со смешанным выражением скорби и восхищения стал разглядывать серебряную оправу.

- На этом пистолете, - вполголоса заметил он кюре, отводя его в сторону, - фамильный герб монсеньера маркиза де Бопертюи.

------------------------------------------------------------

1) - Случайная, мимолетная любовь (франц.).

2) - Пароль (франц.).