Читаем Дороги детства полностью

Каждый день он появлялся в школе без выученных уроков, с неизменной улыбкой на лице и озорным огоньком в зеленоватых своих глазах. Какую бы пропаганду тогда ни вела партия страны в лице учителей нашей школы, непреклонное нежелание, а возможно, и неспособность нашего Толика к учёбе вызывали во мне неподдельное к нему уважение. Удивительная стойкость.

В то время как я в тревожном страхе получить тройку или выговор за плохо сделанную работу сидела над учебниками, заучивая параграфы, всеобщее осуждение окружающих его, казалось, абсолютно не беспокоило.

Никакие ругательства и выговоры не могли его заставить учиться. А когда его ругали учителя и замахивались на него указками, он каждый раз только беззащитно съёживался и наклонялся, уворачиваясь от ударов, как будто пытаясь спрятаться под парту… И в эти минуты мне его было почему-то бесконечно, бесконечно жаль.

Фигурное катание

Зимним утром выйдешь на порог. А там – чудесная картина. Как в сказке. Вся улица покрыта инеем. Вот диво! Небо голубое, высокое-высокое и доброе такое. Улыбаются тебе небеса. И тебе от этого радостно становится на душе.

Деревья белые стоят, с густыми пушистыми ветками. Склонились от снега немного. И птицы тут. Воробьи да сороки-белобоки. На дерево присели и трещат о чём-то. И не холодно им?

А мороз какой на улице! Одеваться надо потеплее и лицо шарфом укутать хорошо. Ох, какой мороз сердитый. Не успеешь оглянуться – может щёки отморозить. Жжёт лицо.

Надо срочно щёки потереть рукавицей сухой.

Снег скрипит под ногами. Скр-р-рст. Скр-рст. Скр-рст.

Гуляем по двору возле дома. Вот лужица замёрзла. Превратилась в маленький каток. Гладкий лёд, без крошек снежных и камней. Хорошо на нём кататься. Будем играть в фигурное катание! У нас нет коньков, но это не беда. Можно по льду скользить и в войлочных сапогах. Кто может делать волчок? Кружиться, сделав «ласточку»? Фантазии нет предела. Довольно и этого льда для нашего местного катка.

По телевизору как раз идёт чемпионат по фигурному катанию. Фигуристы бодро выходят на лёд, улыбаясь. Красивые костюмы с блестящими узорами. Одно загляденье. А как они танцуют! Как они так умеют?

Разбегаясь в паре, отталкиваясь всем телом, набирают скорость, взявшись за руки, фигурист и фигуристка. Развевается короткая юбочка, отлетает от блестящих коньков раскрошенный лёд, и тут на скорости подхватывает пар тнёр свою партнёршу аккуратно вверх и катится дальше, подняв её над головой. Партнёрша парит, раскинув руки, выпрямившись в руках партнёра. Полёт на льду.

Для произвольных танцев подбирались часто красивые музыкальные композиции. Движения спортсменов, синхронные с тактом и мотивом мелодии, завораживали необыкновенно. Способность фигуристов мастерски владеть телом.

В начале танца всегда вступление, разогрев. Потом страсти накаляются, музыка подводит к кульминации. Тут выдаются волчки и тулупы. Броски. Вот это вообще круто. Когда партнёр на всём лету отцепляет от себя партнершу и выбрасывает её на лёд. Она при этом перекручивается в воздухе несколько раз и благополучно приземляется. А зрители в этот момент задерживают дыхание, следя за каждым её оборотом. Успела. Не упала. Молодец! Ещё один прыжок, ещё одно вращение. Волчок – вращение с приседанием, вытянув одну ногу вперёд.

А вот неудача. Одно неточное движение – и сломан танец, вырывается партнёрша из синхронности. Кубарем падает на лёд. Больно, вздрагивает от удара всё тело, коньки врезаются в лёд. Зрители и судьи не должны заметить замешки. Музыка тоже не ждёт, она звучит, не прерываясь, зовёт обратно в танец. И уже через малые доли секунды возвращается улыбка. Партнёр протягивает руку, помогая встать. Как будто ничего не бывало, продолжается танец.

Вставать, всегда подниматься с колен и продолжать свой танец, несмотря на падения и промахи. Учиться на ошибках, усложнять пируэты. Стремиться к победе. Быть лучшими.

Фигуристы снова скользят по льду, приготовившись к оче редному прыжку. «Никогда не сдаваться! Мы можем ещё победить!»

Танец приближается к финалу. Раздаются заключительные звуки мелодии. Теперь уже не будет опасных трюков. Фигуристы готовятся к завершению номера и, как в знакомой детской игре, замирают в миг, когда замолкает музыка. Аплодисменты. Голос невидимого ведущего объявляет на чуждом уху английском имена выступающих. Доверительный голос нашего комментатора за кадрами. Он искусно сопровождает телезрителя, предоставляя ему одновременно возможность самому смотреть номер и снабжая его ненавязчиво в нужный момент важными деталями. Это тоже искусство. Присутствовать самим и не мешать другим тоже здесь быть.

Фигуристы, в контраст откатанному живому, динамичному номеру, теперь медленно и как будто бесцельно скользят вдоль бортов, принимая букеты от зрителей и детей, помогающих им собрать цветы со льда. Идут за бортики. Там, на скамеечке, их ждёт тренер. Они садятся, всё ещё тяжело дыша, в ожидании решения судей. Чувствуется их волнение.

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное