Читаем Дорога мертвецов полностью

Стук колес становился все ближе и ближе, и когда казалось, что из-за леса вот-вот покажется состав, раздался такой громкий гудок, что Бараско встрепенулся и открыл глаза.

– Что это? Что это? Господи ну и везет нам! – он вскочил. – Там когда-то была железная дорога, – объяснил он. – Но потом ее разобрали, чтобы мужики окрестных деревень не лазили в Зону за дармовым железом. А поезда по-прежнему идут! И ездят на этих поездах очень и очень нехорошие люди и разные чудовища. Сам я ни на одном поезде никогда не был, но попасть на него считается большой удачей, ибо он привезет тебя, туда, куда ты хочешь.

– А куда мы хотим? – спросил Костя.

– Как куда?.. – растерянно почесал затылок Бараско, явно стараясь не выдавать секреты.

– Но ведь куда-то же мы идем? – напомнил Костя.

– А-а-а… ну да, конечно, идем.

– А куда? – не отставал Костя.

Воздух был, как лесной сироп, настоянный на запахах шишек и хвои. Таким воздухом хотелось дышать и дышать. Но и надышаться им было невозможно.

– Как куда? Вот ты, ей богу, как репей! В Зону, конечно. Говорят, там этот самый Выброс должен произойти.

– А зачем нам Выброс? – Костя едва успевал за Бараско, который уверенно двигался по лесу.

– Выброс на то он и Выброс. Хабар выбрасывает. Только я никогда на Выбросы не хожу, потому что радиации много. Да и хабар там известный: 'пустышки', 'аккумуляторы', которые уже никого не интересуют, какая-то 'панацея' от всех болячек и бед.

Ага, понял Костя, должно быть, этой самой 'панацеей' с червяками меня и поил Семен Тимофеевич.

– 'Ведьмин студень', слышал, приспособили, что-то вроде вечного двигателя соорудили. 'Брызги', 'браслеты' и прочая ерунда. Это уже считается старьем. Дыра! Вот цель нашего путешествия.

– Слушай, Ред, – Костя впервые так его назвал, – тогда надо было с нашими идти!

– Ну во-первых, они бы меня шлепнули.

– Как бывшего полицая, – напомнил Костя.

– Ну да! – быстро согласился Бараско. – А во-вторых, ты должен знать, что Дыра открывается только чистым натурам.

– Как это? – удивился Костя.

– Ну людям, которые не погрязли в грехах и разврате цивилизации. По сути, Дыра у каждого своя, и что ты хочешь получить, то и получишь.

– Так это ж метафизика! – воскликнул Костя. – Мы это в универе проходили!

Бараско искоса посмотрел на него и хмыкнул.

– Наивный ты парень, как я погляжу. Какой универ?! Это, брат, космос, а он посложнее всяких институтских лекций. Ложись! – успел крикнуть он.

Костя, наученный горьким опытом, беспрекословно шлепнулся на землю, откатился под елки и услышал свист гранаты, выпущенной из подствольника, а потом ощутил взрыв, удар в плечо, и на него посыпались сосновые иголки. Он оглох на левое ухо, а плечо онемело, словно по нему ударили дубинкой.

– Русс, сдавайся! – услышал он.

– Бараско, едрить твою налево! Отдай наш хабар!

– Отдай, живым уйдешь.

– А хрен вам! – крикнул Бараско, и тут же застрекотал его 'американец'.

А потом они побежали, не разбирая дороги.

– Контузия это! Контузия! – объяснял Бараско на ходу и срезал очередью двоих, которые выскочили из кустов.

Больше их никто не преследовал. Костю тошнило, качало, и стрелять он не мог, потому что плечо просто разламывалось от боли.

За елками все громче что-то пыхтело, как стадо рассерженных гиппопотамов. Показалось огромное и длинное тело бронепоезда, ощетинившееся орудиями и пулеметами.

В кустах они едва не налетели на бойца, справляющего нужду. Потом увидели еще одного с АК-47 через плечо. Боец занимался тем, что пожирал содержимое банки с тушенкой. Рядом стоял второй и глушил водку из горла.

Бойцы были похожи друг на друга, как две капли воды.

– Да это ж клоны! – воскликнул Костя, чуть приходя в себя.

– Ну клоны, так клоны, – пожал плечами Бараско. – Какая нам разница, главное, что свои.

– А? Что? – спросил Костя, прикладывая ладонь к поврежденному уху.

– Я говорю, какое нам дело! – крикнул в него Бараско во все горло.

– Чего ты орешь?! – обиделся Костя, – я хорошо слышу.

– Пойдем быстрее! – сказал Бараско, оглядываясь на всякий случай и направляясь к бронепоезду.

– Заметут нас, – сказал Костя. – Как пить дать, заметут.

На одном из вагонов аршинными красными буквами было написано: 'Смерть врагам СВ!!!' Костя не успел понять, что это означает. Сыграли 'сбор', и из подлеска стали выбегать бойцы-клоны, подтягивая штаны и лихо защелкивая ремни. Кое-где блестели штыки.

По платформе станции 'Букино' уверенно расхаживал в окружении свиты командир бронепоезда в полевой форме СА семидесятых годов. На груди у него сияла, слепя глаза, Звезда Героя России. Он то и дело поглядывал на часы, и вид у него был строгий.

По виду отцы-командиры тоже были клонами разных серий, но с индивидуальными чертами лиц.

Бараско и не думал попадать им на глаза, но пройти под футбольными воротами, которыми заканчивалась тропинка, он не мог, потом что в таких местах обычно сидели ловушки. А рисковать даже ради бронепоезда с грозным названием 'Смерть врагам СВ!!!' он не хотел.