«Буки» представляли собой огромный каменный особняк в викторианском стиле, стены которого были увиты плющом — по крайней мере, с тех двух сторон, которые Данбар мог разглядеть, пока шел к главному входу. В другой обстановке здание могло показаться отталкивающим, но здесь, за городом, по соседству с озером, оно казалось приятно безликим в бледно-желтом свете зимнего полудня. Данбар нажал кнопку звонка, и был сопровожден в кабинет главной медсестры санитаркой, одетой в розовую униформу и толстые коричневые чулки. Одно ее плечо было намного выше другого, и следуя за ней по безлюдному коридору, Стивен с трудом подавил желание передразнить ее походку. В здании было очень тепло — видимо, отопление тут включали на полную мощность.

— Доктор Данбар, прошу вас, входите, — сказала приятная женщина лет пятидесяти, выслушав доклад санитарки о его прибытии. Преждевременно поседевшие волосы наводили на мысль, что в юности она была блондинкой. На лице ее была профессиональная полуулыбка, приглашающая постороннего человека чувствовать себя непринужденно.

— Миссис Барнс не спит, хотя, должна признаться, она не смогла вспомнить вас, когда я сказала о вашем приходе. — Улыбка не исчезла с ее лица, но в глазах был вопрос.

Данбар почувствовал укол совести.

— Мы очень давно не виделись. Очень много лет прошло…

— В таком случае уверена, что Шейла вспомнит вас, как только увидит, и вы сможете приятно пообщаться. Мы рады, когда к нашим пациентам приезжают старые друзья, а Шейле, боюсь, уже немного осталось…

— Она чувствует себя нормально? — спросил Данбар.

— У нее бывают неприятные моменты, но в целом нам удается держать боль под контролем. Она может показаться вам немного сонной — ей вводят морфий.

— Мне говорили, что ее муж тоже болен раком, — заметил Данбар.

— К сожалению, это правда. У них обоих болезнь началась почти одновременно. Очень странно. На моей памяти такого не бывало. Сирил занимает палату по соседству с Шейлой. Вы хотели бы и с ним встретиться?

Данбар покачал головой.

— Я не был знаком с Сирилом.

— Хорошо, я попрошу Мору проводить вас наверх.

Санитарка отвела Стивена по застеленному ковром коридору в довольно светлую комнату с оконной нишей, расположенную на втором этаже.

— Миссис Барнс, к вам посетитель, — сказала санитарка, входя в палату. Данбар вошел следом, и санитарка вышла, прикрыв за собой дверь. Болезненная худоба лежавшей на кровати женщины бросалась в глаза с порога. Стивен знал, что Шейле сорок семь лет, но она выглядела лет на двадцать старше. Перенесенная боль оставила на ее лице неизгладимый след, а глаза казались неестественно большими по контрасту с впалыми щеками.

Миссис Барнс, я Стивен Данбар.

— Я вас не знаю, — негромко, почти шепотом произнесла Шейла Барнс.

— Да, боюсь, вы действительно не знаете, — согласился он, — но мне нужно поговорить с вами о том заявлении, которое вы сделали, когда работали медсестрой в больнице «Медик Экосс».

Шейла Барнс издала звук, отдаленно похожий на насмешливое фырканье.

— Спустя столько времени?

— Да. К сожалению, недавно произошел случай, вызвавший необходимость нового расследования. Вы заявили, что во время операции пациенту пересадили несовместимый орган. Это так?

— Других объяснений не было.

— Вы можете сказать, что испытывали к пациенту особую привязанность?

Шейла Барнс медленно покачала головой.

— Нет, — сказала она. — Насколько я помню, он был маленьким засранцем. Почему вы спрашиваете об этом теперь?

Данбар не видел смысла скрывать от нее правду.

— Потому что другая медсестра, работавшая в этой больнице, сделала в точности такое же заявление.

Данбару показалось, что в больших усталых глазах Шейлы промелькнул интерес.

— Кто? — спросила она задумчиво.

— Медицинская сестра в отделении трансплантологии.

— Кто-нибудь прислушался к ней?

— Ее уволили.

— Что у них там происходит? — нахмурившись, произнесла Шейла задумчиво.

— Именно это я и пытаюсь выяснить, — сказал Стивен. — И прошу вас рассказать все, что помните о своем пациенте.

Шейла Барнс откинулась на подушку и глубоко вздохнула. Несколько секунд она молча смотрела в потолок, затем сказала:

— Я могу сделать кое-что получше. Возьмите мою сумку, она лежит на тумбочке.

Данбар выполнил поручение.

— В кармашке вы найдете ключи от нашего дома в Глазго. В свое время я вела дневник. Думаю, он принесет вам больше пользы, чем ненадежная память больной женщины. Езжайте туда. Мы с Сирилом уже не вернемся домой. Черная записная книжка, вы найдете ее в туалетном столике, который стоит в нашей спальне справа от двери.

Шейла продиктовала Данбару адрес.

— Если это все, что вы хотели… — Она в изнеможении откинулась на подушку. — Один раз можно перепутать, но дважды… — едва слышно прошептала она в пространство.

СЕМЬ