Читаем Дом Затмений полностью

Быть приглашенным сюда считалось честью, но отец не снизошел бы до того, чтобы есть за одним столом с кем-то, кого он не считал избранным одним из богов. Отец подошел к одному из сидений во главе стола и подождал, пока Келум встанет напротив.

Сарик и Киран, одетые в свои церемониальные золотые килты, с обнаженной грудью и манжетами на бицепсах, подаренными им Сол, стояли неподалеку с двумя жрецами Люмоса. Их собратья были одеты в свободные бледно-голубые туники и такие же брюки, завязанные на талии серебряным плетеным шнуром. На ногах у них были плотные белые ботинки. Я подумала, не слишком ли тепло они одеты по сравнению с Сариком и Кираном.

Мы с Ситали ждали, когда нам укажут наши места. Я молилась, чтобы мое оказалось подальше от Кирана. Его поведение в последнее время казалось мне слишком неуместным, но у меня еще не было возможности сказать ему об этом. Я не хотела, чтобы Киран расценил мое молчание как поощрение.

Мой взгляд метнулся к Келуму, который уже смотрел на меня. Мое сердце радостно подпрыгнуло, когда он улыбнулся.

Отец указал на меня и Ситали:

– Где бы ты хотел, чтобы они сели, Люмин?

Он позволил Келуму решать. Подчинился его воле. Дома отец никогда не делал ничего подобного. Тем не менее это было мудрым шагом с его стороны. Он притворялся добрым, вел себя как идеальный отец, который искренне хотел, чтобы между двумя королевствами воцарился мир и восстановилась торговля. Он вел себя так, как будто считал, что Келум достоин руки одной из его дочерей.

На самом деле он был более чем счастлив предложить нас ему, как будто мы ничего не значили и не имели права выбирать себе мужей.

Келум улыбнулся и поблагодарил Атона:

– Я был бы польщен, если Нур села бы по правую руку от меня, а Ситали – по левую.

Отец склонил голову. Он бросил на нас снисходительный взгляд, и мы двинулись к местам, которые указал Люмин. Я почти светилась от счастья, забыв о своем внутреннем ворчании по поводу двуличности отца. Правая рука считалась местом почитания. Именно там сидела бы его королева, будь он женат.

Ситали же занимала второе по значимости место. И это разъедало ее изнутри.

Она заерзала на своем стуле, отказываясь замечать мой насмешливый взгляд.

Жрецы люминанов сели рядом со мной и Ситали. Сарик и Киран заняли места по левую и правую руки от отца.

– Твоя мать не присоединится к нам сегодня вечером? – спросил отец Келума.

– Боюсь, у нее ужасно разболелась голова. Она сказала, что спустится, как только травяной отвар, что она приняла, облегчит недуг.

Отец кивнул:

– Должно быть, это из-за света.

Какого света? Нейтральная территория казалась такой унылой, что я бы вообще не стала говорить о свете, но если ты приехал из места, где истинная тьма проникает в каждую щель, Дом Сумерек мог показаться довольно освещенным. Я не думала о том, насколько сумеречные земли отличаются от Люмины.

– Надеюсь, она скоро поправится, – проворковала Ситали.

Келум наклонил голову и поблагодарил ее за заботу.

Я же отметила, что его мать приехала с ним, и задумалась о его отце. Были ли у Келума братья или сестры? Пока я изучала Люмина, он повернул голову и посмотрел на меня. Он одарил меня легкой насмешливой улыбкой, на которую я поспешила ответить.

Когда гости заполнили зал и обошли роскошный, полный различных угощений стол, нам принесли нашу еду. Гелиоанцы были рады приятной домашней еде, в то время как люминаны, казалось, стремились попробовать что-то новое, отличное от того, что они привыкли есть. Атмосфера была легкой и веселой.

Келум наклонился ко мне и прошептал:

– Признаться, я не могу решить, что должен попробовать в первую очередь.

Люмин в беде, мне действительно повезло.

– Я могу помочь тебе.

– Буду очень благодарен.

Я указала на его тарелку, и он с хитрой улыбкой отдал ее мне. Я встала, чтобы дотянуться до своих любимых блюд, и наполнила ими тарелку Люмина. Поставив еду перед Келумом, я поняла, что люминанская половина стола притихла.

Мои глаза метнулись в его сторону. Он кашлянул, чтобы скрыть смешок.

– Что я сделала не так? – спросила я встревоженно.

Его жрецы посмотрели на свои наполовину полные тарелки. Они подавили ухмылки (смею добавить, довольно неумело для благочестивых).

Ситали резко изогнула бровь, откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Она ухмыльнулась, явно наслаждаясь моей очевидной оплошностью и радостно желая увидеть, что именно я сделала и каким преимуществом это станет для нее.

Келум склонил голову.

– Спасибо, Атена Нур, – сказал он. – Я понимаю, что на Гелиосе все по-другому. Просто в Люмине, когда женщина подает еду мужчине или мужчина кормит женщину с рук, это показывает их намерение… э-э…

– Намерение? – напряглась я.

– Стать близкими друг другу, – продолжил Келум и поднял руку, защищаясь. – Но я знаю, что ты не имела в виду ничего подобного. Мы все это знаем.

Я покраснела.

– Нет-нет, – сказал я, быстро приходя в себя. – Я просто хотела, чтобы ты попробовал мои любимые блюда.

Он любезно кивнул и снова поблагодарил меня.