Мое сердце бешено заколотилось, и я поспешно отдернула запястье.

– Я должна присоединиться к остальным, – пробормотала я, бросаясь прочь, когда чувственный ритм заполнил комнату. У меня кружилась голова. Я не знала, что отец встречался с Люмином сегодня днем и что его охранник был настолько внимательным. Не то чтобы Зуул не делал то же самое для отца. Тем не менее лучше, если он больше не увидит солнечные камни.

У меня не было времени беспокоиться об этом. Мне нужно было следить за танцем, чтобы не совершить еще одну ошибку.

Дым, исходящий от трав и благовоний, объединился в пьянящий аромат. Воздух затуманился, и танец начался медленно, постепенно нарастая. Плотина внутри меня прорвалась, и я стала не более чем телом, подвластным музыке и ритму. Своими движениями я рассказала историю нашего народа, историю Сол. Скрытая вуалью, я была свободна и танцевала так, как никогда раньше не осмеливалась, будто каждый шаг, покачивание и наклон могли стать последними. Когда песня закончилась, тяжело дышащая и покрытая каплями пота, я оглянулась на темный маленький угол. Скрывался ли в его тени охранник Люмина? Я надеялась, что он видел мой танец и наслаждался открывшимся ему зрелищем.

Я была бы не первой женщиной, которая использовала свое тело в качестве оружия. Мои надежды рухнули, когда обнаружила, что в углу никого нет. Я повернула голову – сиденье рядом с моим отцом больше не пустовало.

Живот свело, и я почувствовала подступающую тошноту, когда увидела уже знакомое лицо. Я схватилась за живот и бросилась к лестнице. Торопливо поднимаясь по ней, споткнулась о шелковую юбку. Кеви заметила мой побег и бросилась следом.

Музыка снова заиграла, но уже без нас двоих. Мое отсутствие, возможно, и не привлечет внимания, но отсутствие Кеви, безусловно, заметят все. Она ведь вела танцующих.

– Атена? – прошептала она, поймав меня в коридоре рядом с ее комнатой.

Женщина поспешно отперла дверь своей комнаты и втолкнула меня внутрь. Дрожащими руками я сорвала с себя наряд и натянула обратно свое простое платье. После чего я наклонилась, чтобы подобрать одежду с пола. Кеви схватила меня за руки.

– Вы в порядке? Вам грозит опасность?

– Нет, – задохнулась я. – Просто подумала, что разумнее уйти прежде, чем наша удача иссякнет. Моя вот, например, всегда заканчивается.

Танцовщица нахмурила густые брови:

– Вы уверены?

– Даю тебе слово, Кеви. Отец ни о чем не догадывается. Мои нервы просто взяли надо мной верх. – Я попыталась рассмеяться. – Мое сердце выпрыгивает из груди.

Она немного расслабилась, все еще сжимая мои руки.

– Полагаю, вам не выпадало шанса просто побыть девушкой.

– Нет, – призналась я. – То, что я только что сделала, было невероятно волнительно. Это самая страшная и в то же время самая смелая вещь, которую я когда-либо делала. И возможно, самая глупая.

Услышав это, Кеви усмехнулась:

– Если с вами действительно все в порядке, я должна вернуться. Кто-нибудь обязательно придет искать меня.

Я кивнула:

– Я пойду в свою комнату. Спасибо за помощь, Кеви.

Она подмигнула, позвенев браслетами на своем запястье, среди которых был и мой.

– Мне было очень приятно.

Когда я вернулась, Ситали ждала меня на лестничной площадке седьмого этажа. Она оттолкнулась от стены, к которой до этого прислонялась.

– Куда ты ушла? – спросила она, подозрительно прищурившись.

– Нашла потайную лестницу и хотела посмотреть поближе, – солгала я. – Но это не сработало. Танцующие девушки загородили мне весь обзор.

Сводная сестра усмехнулась:

– Какая незадача.

– Ты видела его?

Ситали приподняла идеальную бровь:

– Конечно, видела.

– Как же он выглядит?

Мое сердце колотилось так, словно я все еще танцевала. Ведь я точно знала, как выглядит Люмин. Кроме того, я слышала глубокий звук его голоса, силу, скрытую под его одеждой, его прохладный, чистый запах. Я знала, какой холод от него исходил, знала мягкое прикосновение его руки.

– Скоро сама увидишь, – поддразнила Ситали, возвращаясь в свою комнату. Она закрыла за собой деверь только после того, как бросила жестокую ухмылку через плечо.

Я достала ключ из кармана и отперла свою комнату, позволяя темноте и золоту окружить меня. Почему-то это успокаивало. Не девственная, белая и совершенная комната, а истинное отражение моего сердца и всех его темных сторон.

Я опустилась на мягкую кровать и, подтянув колени, обняла их.

Парень, который, как я думала, был охранником Люмина, оказался кое-кем другим.

Парень с глазами цвета звезд и был Люмином.

Более того, он знал, кто я и что я выдавала себя за танцовщицу, чтобы увидеть его.

Люмин знал мой голос, видел мои глаза и форму колец, которые мать надела на меня в детстве и которые невозможно было снять. Он почувствовал мой жар и видел, как я танцую.

Я опустила голову на колени.

Мне хотелось бы умолять Сол, просить ее вмешаться и запретить Люмину рассказывать о произошедшем отцу, но между нами было слишком большое расстояние. Кроме того, я не была уверена, что богиня поможет мне, даже если я буду держать ее в своих руках.

Мне оставалось только надеяться, что Люмин – таинственный незнакомец – сохранит мой секрет.

9