Читаем Дом стрелы полностью

Ано вернулся в «Сокровищницу», предоставив мосье Бексу и Бетти заниматься шкафами, а комиссару и его секретарю наблюдать за ними. Джим Фробишер последовал за детективом. Он не верил, что Ано объяснил подлинную причину своего эксперимента. О невозможности опознать голос по шепоту ему должно быть известно по сотне дел! Нет, это объяснение не срабатывает! Имеется другая причина поставленной им мелодраматической сценки. Джим следовал за Ано, надеясь узнать эту причину, когда услышал его тихий голос и остановился в гардеробной, где мог разобрать каждое слово, не обнаруживая своего присутствия.

– Мадемуазель, – обратился детектив к Энн Апкотт, – в этих часах есть нечто беспокоящее вас.

– Да, но это чепуха… Должно быть, я ошибаюсь…

Судя по тому, откуда доносились голоса, Джим понял, что оба стоят около инкрустированного шкафчика.

– И тем не менее вы обеспокоены, – настаивал Ано.

Последовала пауза. Джим представлял себе девушку, переводящую взгляд с часов на дверь. Очевидно, сцена в спальне имела своей целью вытянуть из Энн признание в лживости ее истории. Не расставил ли детектив новую ловушку, поняв, что эксперимент потерпел неудачу?

– Ну? – допытывался Ано. – Что вас тревожит?

– Мне кажется, – с сомнением отозвалась Энн, – что часы сейчас стоят ниже, чем тогда. Конечно, этого не может быть, да и я в ту ночь взглянула на них лишь мельком… Но у меня сохранилось такое яркое воспоминание о комнате при вспыхнувшем на миг свете и тут же вновь погрузившейся во мрак… Да, по-моему, часы находились немного выше…

Внезапно она умолкла, словно ее коснулась предупреждающая рука. Заговорит ли она снова? Джим все еще задавал себе этот вопрос, когда Ано внезапно появился перед ним в дверном проеме.

– Да, мосье Фробишер, – произнес он со странной ноткой облегчения в голосе, – пожалуй, нам следует как можно скорее завербовать вас в Сюртэ. Входите!

Детектив взял Джима за руку и провел в комнату.

– Что касается часов, мадемуазель, было бы чудом, если бы вы запомнили все детали во время секундной вспышки света. – Он опустился на стул и некоторое время сидел молча. – Утром вы сказали, мосье, что мне не на что опереться, что я пользуюсь всего лишь догадками, раскапывая давние неприятности, которым лучше покоиться в могиле, и в итоге не обнаруживая ровным счетом ничего. Честное слово, я думаю, вы были правы! Можно ли себе представить более жалкую неудачу, чем мой маленький эксперимент. – Неожиданно он встрепенулся: – Что случилось?

Джиму пришла в голову идея. Очевидно, ему подсказало ее разочарование на лице Ано. Да, эксперимент потерпел неудачу, потому что он был нацелен на Франсину Роллар. Детектив вызвал ее без предупреждения и принудил играть главную роль в сцене, рассчитывая, что это заставит ее признать свою вину. Он подозревал Энн, но в таком случае Энн должна была иметь сообщника. Найти этого сообщника и было целью эксперимента, который потерпел фиаско, что признал сам Ано. Франсина боялась предстоящего испытания, но причина этого была очевидной – страх перед полицией, опасение ловушки. Однако в ловушку Ано она не угодила. Тем не менее Джим не стал говорить о своем предположении и на вопрос детектива кратко ответил:

– Ничего.

Ано хлопнул ладонями по подлокотникам стула.

– Ничего! Вот единственный ответ на каждый вопрос, на каждый поиск в этом расследовании! Ничего, ничего, ничего!

Из спальни донесся испуганный крик.

– Бетти! – воскликнула Энн.

Ано сбросил с себя уныние, как пальто. Джиму показалось, что он вскочил со стула и промчался через гардеробную, прежде чем крик смолк. Бетти стояла перед туалетным столиком, с недоверием глядя на большую шкатулку для драгоценностей из синего сафьяна с открытой крышкой.

– Ага! – произнес Ано. – Шкатулка отперта! Кое-что мы все-таки обнаружили, мосье Фробишер. Шкатулки не отпираются сами по себе. Она была здесь?

Он посмотрел в сторону стенного шкафа с открытой дверцей.

– Да, – ответила Бетти. – Я открыла шкаф и взяла шкатулку за боковые ручки. Крышка открылась, как только я прикоснулась к ней.

– Не будете ли вы любезны заглянуть внутрь и проверить, исчезло ли что-нибудь?

Пока Бетти обследовала содержимое шкатулки, Ано подошел к стоящей поодаль Франсине, взял ее за руку и повел к двери.

– Простите, если я напугал вас, Франсина, – сказал он. – Но, в конце концов, мы, полицейские, не такие уж страшные, верно? Нет, мы можем быть добрыми друзьями, пока хорошенькие маленькие горничные держат свои язычки за зубами. Конечно, если пойдут сплетни и завтра смазливый сын бакалейщика начнет распространять по всему Дижону историю о маленьком эксперименте Ано, я пойму, где искать болтунов.

– Я не скажу ни слова, мосье! – заверила его Франсина.

– С вашей стороны это будет в высшей степени благоразумно! – тем же вкрадчивым тоном продолжал детектив. – Ибо для скверных маленьких болтунов Ано становится весьма злым дядюшкой. Он крепко их хватает, и проходит очень много времени, прежде чем он скажет им: «Так-то лучше!»