Однако туалетом недавно пользовались. Вокруг унитаза видны были следы брызг. Сторми подошел ближе. Тот, кто был здесь, не спустил за собой воду, но в унитазе остались отнюдь не отходы человеческой жизнедеятельности. То, что находилось там, скорее было похоже на фруктовый салат. Диссонанс между фруктовым салатом и местом его нахождения опять вызвал у Сторми чувство крайнего беспокойства.

Переведя взгляд, он увидел красную розу на длинном стебле. Стебель с нанизанным на него куском дырчатого сыра уходил вниз, в канализационную трубу.

Ну, это уже слишком. Это уже черт знает что. Он понятия не имел, что тут могло произойти и что все это должно значить. Он только четко понимал, что не желает иметь к этому ни малейшего отношения. Он больше не является даже частичным владельцем этого здания, и в этом смысле ему плевать, собирается кто его сносить начисто или превращать в завод по производству ядерного топлива. Он просто хочет убраться отсюда к чертовой матери.

Сторми уставился на розу. Шагающие куклы способны испугать сами по себе, но это по крайней мере понятно. Они находятся в границах широко известных сверхъестественных явлений типа призраков, ведьм и демонов. Но это было совершенно другое... Это...

Он не мог сказать, что это такое.

Он мог только сказать, что перепугался до смерти.

Он пулей вылетел из кинотеатра, трясущимися руками запер дверь и прыгнул в машину.

Может, это просто случайность. Может, это никак не связано с тем, что происходит в резервации.

Может быть.

Но он так не думал.

Он заехал в контору, занимающуюся недвижимостью, отдал ключи, подписал бумаги и ринулся прочь из Альбукерка.

Но страх преследовал его всю дорогу до Санта Фе.

И не оставил его ни ночью, ни на следующий день.

Глава 10

Марк

Драй Ривер.

Овальные газовые баллоны в белых, выжженных солнцем дворах, перекрученные, как бельевые веревки, ржавые трубы, пластмассовые игрушки в песке, доберманы на цепи за заборами. Винная лавка, безымянный магазин, бензоколонка "Тексако". Знакомые краски и тени окружающей местности; темные и светлые пятна от бегущих в сторону невысоких пустынных гор бесформенных облаков.

Марк кивнул в знак благодарности водителю, высадившему его перед зданием почты, посмотрел, как тот покатил дальше, и после этого отправился изучать город. Несмотря на прошедшие годы, город производил угнетающе-знакомое впечатление. Он практически не изменился. За мостом тянулась улица, обсаженная гигантскими хлопковыми деревьями, укрывающими в своей тени жилые здания. Перед маленьким кирпичным зданием городской библиотеки - несколько велосипедов, перед баром - тройка машин. Двое босоногих мальчишек с полотенцами в руках направляются к бассейну при стоянке автофургонов. Единственные звуки в неподвижном воздухе - равномерный механический гул водяных охлаждающих систем и кондиционеров да редкие крики парящего в вышине ястреба.

Впереди слева по ходу движения появился новый микрорайон, отличающийся от всего окружения, - шесть одинаковых домов, к которым протянулся дорожный тупик, окруженных несколькими акрами возделанной пустыни. Но все остальное практически не изменилось.

Он двинулся на восток, миновал столовую, магазин продовольственных и сельскохозяйственных товаров, площадку, заваленную гигантскими катушками телефонного кабеля, и наконец увидел перед собой в отдалении несколько ранчо.

Разумеется, их дом по-прежнему возвышался над всем окружением. От его черной громады даже на таком расстоянии исходила необъяснимая угроза.

Кристен.

Взгляд непроизвольно скользнул в сторону городского кладбища. Не следует ли сначала пойти туда? Или сначала проверить морг?

Нет. Прежде всего он хочет попасть домой. Хочет увидеть своими глазами, что произошло - если произошло - в доме. Поправив рюкзак и подсунув ладони под лямки, Марк двинулся по Ранч-роуд.

Он прошел мимо школы. Мальчишки в зеленых и желтых майках гоняли в футбол. Субботняя утренняя тренировка. Он хорошо это помнил. Чтобы не бывать дома, он записывался во все, какие только были, школьные кружки и секции и, хотя и был весьма худосочным атлетом, его принимали во все спортивные команды, поскольку выбирать было особенно не из кого.

Покинув границы города, теперь он шагал по проселочной дороге. Впереди, отчетливо видимый на фоне плоской как стол равнины, маячил угрюмый бегемот, который когда-то был его домом. Даже спустя все эти годы, даже с расстояния в несколько миль он производил на него такой эффект, что Марк непроизвольно замедлил шаг, не желая оказаться с ним рядом раньше, чем психологически приготовится к этой встрече.

Если бы с ним была Сила...

За спиной послышался рев, грохот и скрежет. Обернувшись, Марк увидел старый красный пикап, виляющий из стороны в сторону, словно водитель лихо объезжал только ему одному известные ямы и выбоины на разбитой трассе. За грузовиком клубился густой шлейф пыли. Марк сошел на обочину, пропуская машину.