Читаем Дом полностью

Хоффман, вышагивая перед большой зеленой доской, зачем-то висящей в зале для совещаний, неутомимо бубнил насчет максимализации прибылей подразделений, набор общих фраз, которых он нахватался на очередном семинаре для руководящего состава, и, судя по всему, конца этому делу в ближайшее время не предвиделось.

"Доска зеленая - тоска зеленая" - почему-то вертелось в голове.

Лори украдкой взглянула на часы.

Господи, как же она ненавидела эти собрания! За окнами сиял ясный, безоблачный день. В голубом пространстве между двумя небоскребами хорошо были видны воды залива и темные очертания острова Алькатраз. Она вдруг подумала - а что будет, если вот сейчас произойдет сильное землетрясение? Устоит их здание или развалится? А если развалится, то посыплются они все вниз сквозь этажи или конструкция завалится набок, вышвырнув их из себя, как катапульта? Скорее всего что-то развалится, какие-то фрагменты конструкции уцелеют, а смерть избирательно настигнет тех, кому суждено судьбой оказаться в неудачном месте в неудачное время.

Дурацкие мысли, конечно, зато позволяют коротать время. Она еще раз обвела взглядом зал, своих коллег и сотрудников и не в первый раз подумала, что ей здесь не место. Она поступила на работу в "Аутомэйтед Интерфейс" сразу после колледжа, прошла много ступеней служебной лестницы и уже пять лет занимала свое нынешнее положение, но до сих пор иногда чувствовала себя обманщицей, ребенком, играющим в переодевания, которому каким-то образом удалось внушить взрослым, что она одна из них. Есть ли у нее вообще что-нибудь общее с этими людьми? Нет. Она жила в фальшивом пластиковом мире яппи[2]. То, что она имела отношение к этому бизнесу и, более того, оказалась вполне к нему пригодной, можно было расценивать как очередную усмешку судьбы.

Она выросла совсем в другом мире, в небольшом провинциальном городке на южной окраине Залива, на излете движения хиппи, и родители воспитывали их с братом Джошем в нетрадиционной манере. Учили с уважением относиться к природе, ценить индивидуальность, в общем, в полном соответствии со всеми клише контркультуры. Маниакальное внимание к внешности, зацикленность на финансовых вопросах и материальных благах, столь характерные для большинства ее сослуживцев, были ей совершенно чужды. В то же время она признавала необходимость соблюдения "правил игры" и не страдала от собственного конформизма, облачаясь в "правильные" одежды, заказывая "правильные" блюда и делая все остальное необходимое для облегчения существования своей творческой личности в качестве преуспевающей деловой женщины. Поэтому она и оказалась там, где находилась в настоящий момент.

Забавно все-таки, как порой оборачивается жизнь. Ее родители погибли в загадочной автомобильной катастрофе, когда она была в выпускном классе средней школы. При всей безутешности горя и бездонном чувстве одиночества она не могла не поразиться, узнав, что родители, оказывается, оставили завещание, в котором специально оговорили суммы, необходимые для того, чтобы они с Джошем получили образование в колледже. Она не предполагала ни от отца, ни от матери столь жестких требований, но это было прописано черным по белому, и юрист подчеркнул, что деньги могут быть израсходованы только на оплату обучения и книги. В ином случае они будут переданы в "Гринпис".

Таким образом, своим нынешним положением руководителя в бизнесе она обязана своим родителям-хиппи.

И у нее было ощущение, что они бы гордились ею.

Спустя полчаса Хоффман наконец закруглился. Собрание закончилось. Заведующие отделами разошлись по своим кабинетам. Том Дженсон, координатор развития отдела, пригласил пойти пропустить по стаканчику после работы, но она отказалась, сославшись на желание побыстрее отправиться куда-нибудь отдохнуть на выходные.

- Трудно возразить, - кивнул Том. - Тяжелая неделька выдалась.

- До понедельника, - улыбнулась ему Лори.

Она ушла с работы на час раньше и направилась пешком к центру города. Вагончик канатной дороги, битком набитый японскими туристами, простучал мимо, и она помахала рукой мужчине, который в этот момент навел на нее фотоаппарат.

Обычно по пятницам она заходила к брату в "Графство". Он уже три года как приобрел книжную лавку под таким странным названием, и было очень приятно сознавать, что он наконец нашел себе занятие по душе. Только с недавних пор слишком, на ее взгляд, погрузился в восточные религии и философию.

Интерес, который он унаследовал от матери.

Это была одна из причин, по которой она любила заходить к нему.

Когда она вошла в магазин, Джош занимался с посетителем. Лори приветственно помахала рукой и отошла к журнальной стойке. Краем уха она слышала, что разговор идет о творчестве Карлоса Кастанеды.

Посетитель наконец купил книгу и удалился. Она подошла к прилавку.

- Привет. Как дела?

- Именно об этом я у тебя хотел узнать, - откликнулся Джош.

- Так плохо?

Он кивнул. Она положила сумочку рядом с собой и вздохнула.

- Неделя была просто какая-то бесконечная.

- Ну рассказывай.