Читаем Долгий солнечный день полностью

«Шестая! — вдруг дошло до Лина. — Так вот же она, вот он, шестой участник команды! Да, прав Фэб, мы слепые. А всё элементарно и просто. Сидит такая вот паучиха, сидит десятилетиями на одном месте, и при этом — она видит всех, контролирует всех, знает всех, и времени у нее полно, и доступ есть практически к любому дому, и к любой информации».

— Этот твой робот вполне мог оказаться просто иллюзией, — возразила Соня.

— Ага, иллюзией, которая унесла приемник, — ехидно ответила Лидия. — Причем он знал, что это такое. «Принимающее устройство», так и сказал. Дословно.

— Значит, Володя где-то взял этого робота, и сохранил, — спокойно сказала Соня.

— Мы с Игнатом и Морозом весь участок облазили, и ничего не нашли, — недовольно произнесла Лидия. — В дом не сунулись.

— Почему? — голос Сони зазвучал строго. — Если вы все трое уверены, что это не иллюзия, и меня в этом сумели убедить… ну, ты сумела, хорошо, но — почему вы не зашли в дом?

— Потому что замки висят новые. А в окнах…

— Ну?!

— В окнах змеи. Пытаешься заглянуть — за стеклом движется змея. Значит, не только этого робота он откуда-то приволок. Может быть, змеи тоже роботы. И не простые они люди, Соня, я не пойму, кого ты в этом хочешь убедить, меня или себя?

Молчание. Молчание и раздраженное пыхтение — судя по всему, продавщицы.

— Бритва Оккама, — произнесла продавщица с явной неохотой. — Георгий, кстати, тоже на них обратил внимание, когда они ему подпирали криостат, сам позвал, чтобы поглядеть. Да, странноватые, сказал. Пашка, по его словам, сумел пролезть в щель, в которую ни один взрослый бы не протиснулся. Или побоялся бы. А этот… и вроде выглядят нормально, но, видать, действительно более ловкие, чем мы… Черт знает.

— Так что делать-то? — нетерпеливо спросила Лидия.

— Наблюдать и ждать, — велела Соня. — И, Лида, не таскай так часто Веню по улице. И так уже слухи ходят, да и для сердца такая жара не полезна. Снеси ты его лучше к Морозу, пусть у него полежит, в холодке.

— Ладно, — неохотно согласилась Лидия. — Слушай, ну если серьезно, чего ты сама-то про это всё думаешь?

— Пока не решила, — произнесла Соня задумчиво. — Как по мне, так они неплохие ребята. Игнат их пытался развести на откровенность, даже выдал, что он Привалов, потомок, и…

— И что?

— И хоть бы хны. Им по барабану это оказалось. Хотя, говорит, прекрасно время провели, Арина Луну просила показать, сидели до двух ночи, вино пили, закуски ели, в оптику глядели.

— А ведь всё ты, Соня, виновата, — вдруг свистящим шепотом произнесла Лидия. — Как, ну вот как ты сумела упустить дом, когда мы годами его ловили? Нас трое его ждало, как манны небесной, понятно, что двоим ренегатам по фигу, но мы трое… и ты — упустила!

— Элемент внезапности, — с горечью отозвалась Соня. — Увы, так бывает. По всей видимости, она выставил лот вечером, и они перехватили его сразу, через агента. И выкупили. Если бы у нас были хотя бы сутки, и хотя бы информация о продаже…

— Понимаешь ли, Сонечка, — в голосе Лидии явственно зазвучали ядовитые нотки. — Из-за того, что печать сняли — они, мы теперь вынуждены идти против закона, чтобы найти то, что нам жизненно необходимо. Ну хорошо, хорошо, про жизнь говорю только я, про несчастную, святую, маленькую детскую жизнь, а остальные…

— Лида. Плевательницу закрой, сентиментальная ты наша, — зевнув, посоветовала Соня. — Ах, ребеночек-ребеночек, сюси-пуси. Тридцать лет прошло, хватит мозг выносить уже всем. Актриса, блин, погорелого театра. Давай признаем уже очевидное — жизнь нам всем действительно нужна, вот только не ребеночка, а своя. И здоровье. И молодость. И слинять с этой планеты. Невозможно, понимаю, сама знаешь, я с Креусами была с самого начала, но — хотя бы здоровье и молодость. Вот чего, — она перешла на деловой тон. — Надо за ними проследить. И не так, как вы это делали, а хорошо. Чем заняты, куда шляются, с кем общаются.

— Я одна не сумею, а Мороз с Игнатом слишком старые, — обиженно произнесла Лидия.

— Подключай Дергушку, — посоветовала Соня. — И Мишку тоже. Ты ведь знаешь, что им следует сказать, чтобы они посодействовали. Поупираются, да придут. Во! Про робота им расскажи, особенно Мишке — сам прилетит. Увидишь.

«Ах, так, — подумал Лин. — Ну хорошо. Ладно, пока что хватит им болтать, я и так уже немало услышал».

Он тихим, беззвучным шагом (спасибо за науку, Саб) отошел на некоторое расстояние от магазина, а потом, насвистывая и шаркая ногами погромче, направился к магазину — свистел и шаркал он, чтобы его обязательно услышали.

Они и услышали.

Когда он вошел внутрь, Лидия стояла у прилавка с насадками для леек, и что-то увлеченно там рассматривала, а Соня листала амбарную книгу, в которую вписывала заказы.

— Здравствуйте, — громко произнес Лин с порога. — Ну и жарища сегодня.

— Здравствуй, здравствуй, Илюша, — пропела Соня. — Зачем пожаловал?