Читаем Долг феникса полностью

Айварен и Тарданис, к моему удивлению, полосу прошли без сучка и задоринки. Видимо, понимали, что и так меня подставили. А может просто совесть заиграла в одном месте. Да черт их знает, прошли и слава богам!

Оставался последний участник ритуала. Восхитительный волчара в лице обворожительной леди Лиарны.

Мне очень хотелось верить, что она справится самостоятельно. Потому что сил, чтобы держаться в воздухе у меня уже не было, а Лейнард уже не мог меня касаться. Богиня затребовала свое обратно, оборвав так невовремя нашу с Лейнардом связь, а второй раз получить долг жизни мне никто не даст. Я и первый-то еще не вернула.

Мне еще хватило сил плавно опуститься на песок. И держать, до последнего держать форму феникса, вернуться в человеческий облик я смогу в центре пентаграммы, не раньше. Но уйти от полосы препятствий, пока все еще есть силы, значит бросить волчару хотя бы без моральной поддержки.

Впрочем, я уже ни черта не видела. Совсем ничегошеньки. Было ли мне жутко от этого? Не так сильно, как от холода, расползавшегося по телу. Магия таяла, и в ход пошла сама жизнь. Моя жизнь. Я знала, что мне еще завершать ритуал. И лишь бы хватило. И меня, и сил на то, чтобы доползти до пентаграммы.

Только по крикам других участников ритуала я хоть как-то понимала, что происходит с волком. Зрение так и не вернулось. Но надежда жила во мне.

Пожалуйста, боги, если вы меня слышите, позвольте Лиарне пройти испытание. Пройти, черт побери, и вернуться в пентаграмму невредимой!

И то ли моя мольба была услышана, то ли так просто совпало, но ликующие крики хранителей на мгновение оглушили. А это означало лишь одно — волчара справился!

Надо как-то вернуться в пентаграмму. А я не вижу! И тела практически не чувствую. Ползти на голоса? Хорошая идея, другого варианта все равно нет.

Я поползла. Было ли мне стыдно от того, что все видят меня в таком жалком состоянии? Нет. Какой стыд? Если я продержалась и продолжаю удерживать своей магией, своей жизнью, ритуал? Мне всего-то надо его завершить. Окропить своей кровью символы на песке, закрепить результат. И я это сделаю. Даже если сдохну потом, все равно сделаю!

Когда в меня что-то тыкнулось, я сначала испугалась, дико испугалась, решив, что это Лейнард, но потом сообразила, что он бы спикировал сверху, а не тыкался мне носом в бок.

Носом. В бок…

Неужели?

— Лиарна? — хрипло выдохнула я.

Откровенно говоря, слова я вытолкнула с трудом.

А ведь единственный, кто сейчас имел право меня касаться — она. Как последний участник полосы препятствий.

Ответом мне стал то ли рык, то ли ворчание. Видимо, говорить в этой форме ей пока тяжело.

И все же есть в этом всем какая-то ирония. Женщина, а ей уже на минуточку, восемьдесят местных лет, от меня не получила помощи на полосе, зато сейчас помогает мне вернуться в ритуальный круг. Пока я ползла, а меня активно еще и подталкивали, лихорадочно вспоминала, что узнала по ее крови.

Лиарна не замужем, не обручена, но очень хочет создать семью. Возможности не было. Хранители иллами ценятся куда как выше, а ее родители желали для дочери хорошей партии. Тем более они представители главной ветви. Если я завершу ритуал, Лиарна будет учиться в академии, да поздновато, но будет, а там значит пройдет совместимость и сможет обрести свою пару. Причем реально может отхватить хорошего кандидата.

Я поняла, что мы достигли круга, когда волк перестал меня касаться. Все верно. Ей нужно возвращаться на свое место, а мне ползти в центр и завершать ритуал.

— Риша, — мама кричала, — ориентируйся на мой голос!

И как она поняла, что я не вижу?!

— Левее, детка!

Мне кажется, я плакала. Хотя черт его знает, умеют ли плакать фениксы?

Вспомнив о том, что я могу отменить слияние, тут же этим воспользовалась. На своих двоих, а то и на четвереньках ползти будет сподручнее, чем помогать себе крыльями…

Я уже не ползла, я брела на своих дрожащих ногах. Мама так кричала, что в итоге сорвала голос. Ей стали помогать другие хранители.

Шутка ли, найти центр, когда пентаграмма огромна и ты сам ни черта не видишь?

Я не допускала сейчас мыслей о том, что зрение не вернётся. Потому что, если начну об этом думать, запаникую… Могу в истерику удариться, а мне сейчас нельзя, никак нельзя.

— Вы на месте!

— Слава богам! — едва слышно выдохнула, лихорадочно вспоминая, что там для завершения ритуала делать надо. Мысли путались, так вливать кровь и магию…

Магию…резерв пуст. Что я должна буду влить?

Я скользнула рукой по ноге, туда, где был закреплен маленький ножик. Чем-то себя ранить надо? Надо!

Боль практически не почувствовала. У меня и так онемение конечностей наблюдалось.

Я не видела как кровь упала на символы, но ощутила во всей красе. И если я еще задавалась вопросом, что я там вливать буду, учитывая, что магии во мне если есть, то искорка, боги подобным не заворачивались. Есть я, есть мои жизненные силы, жизненная энергия, которая и так уже отдавалась.

Только сейчас я поняла, что тогда из меня брались крохи, а в этот момент, словно мощный пылесос заработал.

— Риша, держись! — закричал Феликс. — Держись, девочка!