Читаем Доктор Чёрный полностью

Ещё на гимназической скамье, заинтересовавшись открытием Герца в области электричества, он хватал, где и что только мог достать, материалы по интересующему его вопросу. Будучи студентом, мог уже внести в свою работу кое-какую систему и теперь мечтал, как только развяжется с проектами, предпринять самостоятельное исследование одного из способов беспроводной передачи электрической энергии. Тотчас же после экзаменов он собирался ехать за границу с рекомендательными письмами одного из профессоров. Случай неожиданно разрушал его планы. Беляев любил уютную тишину Публичной библиотеки, её огромную залу с гигантами окнами, её длинные столы, за одним из которых у него постоянное «насиженное» место, эти сотни склонённых над книгами голов и вдумчивых глаз. Легче работалось и легче дышалось в этой привычной обстановке. И теперь, едва он успел протиснуться в огромную тяжёлую дверь вестибюля, как на душе у него стало спокойней. Он почувствовал себя дома.

— Коротнев здесь? — спросил он знакомого сторожа, спешившего принять его пальто.

— Так точно! — приятельски осклабился служитель. — Только что обедать ходили. В читальную залу пошли.

Коротнева и Беляева сторожа ценили как не забывавших никогда благодарить прислугу гривенником, необязательным для посетителей библиотеки. Кроме того, оба товарища не прочь были иногда потолковать со служителями об их каторжной жизни, притеснениях «всемогущего вахтёра» и прочего начальства, давали кое-какие советы; служители звали обоих «наши анжинеры» и в чести подавать им пальто соблюдали строгую очередь.

Беляев поднялся по лестнице в читальный зал и, неслышно ступая по мягким половикам, прошёлся между столами.

Коротнева не было. На обычном месте его на столе лежала среди пожелтевших таблиц со старинными чертежами записная книжка со знакомой монограммой.

«Должно быть, в курилке», — подумал Беляев, направляясь обратно, и с лестницы ещё узнал долетевший в распахнутую дверь басок товарища.

Коротнев, в расстёгнутой старой тужурке, сидя на подоконнике, разговаривал со стоявшим спиною к двери невысоким господином в изящном тёмно-синем костюме с узенькой полоской ослепительного воротничка, стягивавшего смуглую шею.

— А, Вася! — прервал разговор Коротнев, всматриваясь в товарища близорукими глазами. — Работать пришёл?

Собеседник Коротнева обернулся, и Беляев в невольном испуге отпрянул назад: прямо на него глядели тёмные синие глаза на бледном лице — глаза человека, который час тому назад втащил его в толпу на Университетской площади и помог ему скрыться…

— Что с тобой? — изумился Коротнев.

Мужчина в синем костюме мягко улыбнулся одними глазами и, протянув растерявшемуся студенту руку, приветливо произнёс знакомым уже Беляеву негромким, но твёрдым голосом:

— Это вы? Будем знакомы. Доктор Чёрный, сосед Андрея Петровича по квартире.

— Чего ж ты испугался, Василий? — спросил Коротнев, с изумлением наблюдая сцену.

— Я его понимаю, — возразил доктор и, обратившись к Беляеву, прибавил: — У вас с Андреем Петровичем, наверное, маленькие секреты? Не буду мешать.

— Нет, что же, пожалуйста… — Беляев не мог ещё прийти в себя от неожиданности… — Впрочем, да… Нужно сказать парочку слов… Андрюша, на минутку…

Беляев отвёл приятеля в угол и шёпотом вкратце передал о случившемся.

— Гм! История в достаточной степени глупая… Охота тебе была лезть.

— Теперь уж об этом поздно рассуждать.

— Правильно… Да, брат, уж если увековечена твоя физиономия, дело дрянь. Можно влететь серьёзно. Не лучше ли тебе махнуть сейчас же домой, в Воронеж?

— Нет. Это не подойдёт. Ты знаешь, как мой старик на такие истории смотрит. Да и всё равно к экзаменам придётся вернуться. Чем тогда объяснить внезапный отъезд?

— Да! Глупо выходит… Ну да там что Бог даст. Утро вечера мудренее. Так ты, стало быть, хочешь, чтобы я завтра наведался к тебе на квартиру? Это, пожалуй, можно. А где же ты думаешь ночевать? У меня невозможно. Жена больна, ребятишки…

— Ну, ночлег — пустяки! В крайнем случае прохожу ночь на улице.

— Мало остроумного. Постой-ка! Поговорю я с доктором: милейший человек… Александр Николаевич, на пару слов…

Доктор, задумчиво сидевший на подоконнике, не торопясь, подошёл к приятелям.

— Можно вас попросить об одном одолжении…

— Можно! — коротко перебил доктор и, достав небольшой бумажник странной, но красивой кожи, кремового цвета, вынул визитную карточку и, черкнув на ней несколько слов карандашом, протянул Беляеву: — С этой карточкой вы отправитесь нынче вечером по Финляндской дороге. Не доезжая двух станций до Териок, выходите и берите извозчика на дачу «Марьяла»; это версты три с половиной… Предъявите сторожу мою карточку… Кстати, вы говорите по-французски?

— Плохо, но говорю. Кое-как…

— Отлично! Стало быть, вы с ним друг друга поймёте.

— Но я, быть может, стесню вас?..