Читаем Доктор 3 полностью

– Союз между сложившимися группами в обществе, от учительницы до президента, и нашими обычаями. Которые диктуют: уважать старших, не лезть с инициативами и искренне считать критику сверху более ценной, чем критику снизу, – видя, что я завис, Жанна машет рукой в воздухе. – Ты сейчас понимаешь меня, алло?

– Более-менее. Никогда не глядел на проблему с такой позиции. А ведь и правда, есть ещё этнопсихология, и её никто не отменял… – размышляю вслух. – Хотя-я-я, Япония в 1868-м при Мэйцзи была никак не менее традиционным обществом, и в ней нарушать обычаи было никак не проще… Хотя вон как нарушили. Так что – лиха беда начало…

– Ты сейчас о чём, Стесев? – обеспокоенно встаёт с кресла Жанна.

– От физики отмажете? – спрашиваю, поглядывая на дверь, из-за которой доносится звонок.

– Ещё чего! Сейчас за три минуты расскажешь, что удумал, и пойдёшь! – директриса откидывается в кресле и скрещивает пальцы рук перед собой. – Лично провожу, скажу, что сама задержала.

– Ну, тут вопрос. Мы хотим изменений? И готовы ради них напрягаться и работать? Или нам неплохо живётся и в текущем положении, и напрягаться мы не готовы? Я сейчас о педколлективе.

– Живётся нам, конечно, неплохо, – задумчиво отвечает Жанна. – Но отсидеться не получится, потому что ученики – ужасно активные… ты понял. Запретить – не вариант, проще возглавить. Что дальше?

– Сама процедура сверки того, что будут преподавать, с тем, что нужно нам, – уже революция. Пусть в нашей школе она запустится очень выборочно, по очень отдельным предметам и в ограниченном объёме, – думаю полсекунды, потом решаю всё же ничего не скрывать. – Разумеется, предусмотрены личные плюшки для всех участников процесса.

– Во как, – веселится теперь Жанна, откидываясь в кресле. – Ну давай, двигай свою взятку в мой адрес.

– Есть же конкурс лучшего учителя, лучшего директора школы, лучшей школы. По мне – яйца выеденного не стоит, но за эти звания почему-то очень сражаются.

– Потому что дают плюшки в глазах Министерства и от самого Министерства, – хмуро поясняет Жанна.

– Звания званиями, но присуждаемые Министерством образования и науки регалии не имеют ничего общего с реальным рейтингом учёных. И педагогов. Вы согласны? – вопросительно смотрю на неё.

– Не до конца. Есть люди, получившие их более чем заслуженно, – снова хмуро отвечает Жанна. – Но их вес, к сожалению, очень нивелируется такими же точно наградами, выданными, например, ассистентке Министра, которой двадцать четыре года, ноль лет педстажа и которая была за год до того Мисс Университет в Техасе – я сейчас не о США… в нашем Техасе.

– Если реальную работу, ориентированную на реальные цели завтрашнего дня, возглавите Вы, то ввод, например, этой пресловутой «сверки» намерений учеников и школьной программы – это именно реальный рейтинг Вас, как публичной персоны в области образования.

– Думаешь, так просто? – явно из вежливости спрашивает Жанна.

– А олимпиады на что? – выкладываю на стол первый козырь. И вижу, что в её глазах постепенно загораются понимание, а затем и интерес. – Смотрите. Чтоб узнать, хорошо ли нас учат, в соревнованиях мы должны участвовать регулярно. Олимпиады по предметам – как в спорте. Например, плавание: чемпионат области, кубок области, второй чемпионат после Нового года, областной турнир и много чего ещё – это всё в течение одного учебного года. На этих заплывах каждый спортсмен имеет возможность сделать регулярный срез: каков его прогресс за период и как этот прогресс коррелируется с аналогичными других спортсменов области.

– Продолжай? – задумчиво бросает Жанна, вставая из кресла и начиная прохаживаться по кабинету.

– А почему в школе должно быть иначе? – делаю паузу, заставляя её повернуться ко мне. – Мы платим большие деньги. Мы хотим понимать конкурентоспособность наших знаний на рынке. Даёшь олимпиады! Если достаточного количества Олимпиад вашим ГорОНО не организуется, давайте, по аналогии с открытым чемпионатом США по боксу, организовывать нашу олимпиаду. На базе нашего Лицея, о которой извещать все остальные школы. За те деньги, что мы платим, это более чем реально, вы согласны? Как минимум, НШИ будет участвовать ВСЕГДА, это я вам обещаю и беру на себя. По опыту бокса: спарринги даже с одной соседней секцией дают очень много для развития! Поскольку приходится соревноваться с теми, кого ты не знаешь. Почему так же не сделать в науке? Вернее, в школе…

– …периодичность?

– …мотивация для участников? Ладно, педколлектив и так впряжётся…

– …знаете, Жанна Маратовна, это личное, но вам расскажу. Мой отец искренне пытался понять и выучить алгебру. Он в восьмом классе заболел, пропустил пару тем, и когда вернулся, должен был догонять, – Жанна заинтересованно кивает. – Он потратил несколько десятков часов. Он зубрил правила на память и даже вызубривал всё: цитировал их в семье спустя много лет. Но правильно решать на том этапе так и не смог: его ответы почему-то не сходились с учебником, а учительница на разборах домашнего задания говорила, что он при решении ушёл каким-то ошибочным путём.