Читаем Докажи (СИ) полностью

- А еще не думал, что ты можешь выбрать нормальное место, - а вот это уже несправедливо. Фыркаю и жестом приглашаю тебя войти, наконец, внутрь.

Девочка-служанка проводила нас в нашу комнату. Ты явно доволен, здесь ты чувствуешь себя на своем месте. Все как подобает принцессе.

Мы делаем заказ и как только его приносят, я прошу оставить нас наедине. Девушка указывает на звоночек, чтоб ее позвать, и вежливо поклонившись, уходит.

- Ну, так, расскажешь, что с тобой происходит? – судя по твоему виду, ты не горишь желанием говорить со мной об этом, но все же решаешься.

- Я не понимаю. Поэтому не могу тебе сказать, - отводишь глаза.

- Опиши, а я постараюсь понять, - наливаю тебе чай.

- Я понимаю, что желания, которые последнее время меня посещают, абсурдны, но они вызывают столько эмоций, забирают столько жизненных сил. Мне тяжело с ними бороться. Они разъедают мое сердце, но они ведь не имеют права существовать. Это неправильно. Так быть не должно. Но они упрямо не умирают, а с каждой моей попыткой убить их, становятся только сильнее. Нам нужно прекратить видеться, или у меня не хватит сил бороться, - ты замолкаешь, уткнувшись в чашечку с горячим чаем, а я смотрю на тебя широко распахнутыми глазами.

- Это я, - единственное объяснение всему, что с тобой происходит.

- Что? – вопросительно выгибаешь брови, поднимая на меня взгляд.

- Это я с тобой происхожу.

Больше я не дам тебе сопротивляться ни мне, ни себе. Я в мгновение ока оказываюсь возле тебя. Ты пытаешься отодвинуться, но поздно. Я слишком хорошо помню вкус твоих губ. Принцесса, Вы проиграли еще тогда.

Ловлю твое лицо рукой и целую в губы. Ты пытаешь сопротивляться, но слишком вяло – ты вымучен душевно, ты не сможешь справиться с собой сейчас. И я прав. Минута настойчивого вылизывания твоих терпких губ, и ты сдался. Ты открылся. Сегодня меня удержит только то, что мы в ресторане на подушках, а не дома на кровати. Но этого тебе для первого раза хватит. Судорожно целую твое лицо, ловя кожей твое обрывистое дыхания. Не улавливаю моментов своих вдохов – мне не нужен воздух, если у меня есть ты. Спускаюсь на шею, приподнимая рукой твой подбородок. А после ей же спускаясь к пуговицам на рубашке. К сожалению, второй рукой я ничего не сделаю, потому что если я сейчас уберу ее из-под твоей поясницы, ты просто упадешь. Ты перехватываешь рукой мою, не давая расстегнуть пуговички.

- Ты думаешь, еще есть смысл? – и ты убираешь руку, снимая мои последние ограничения.

Расстегиваю рубашку, оголяя сантиметр за сантиметром нежную кожу. Припадаю губами к каждому новому участку бесценного тела. Ты дрожишь, дыхание вырывается обрывками, повторяя очереди моих поцелуев. Это такое наслаждение, водить руками по безупречной коже, не встречая сопротивления. Глаза заволакивает туман, который позволяет мне видеть только тебя. Только твою откинувшуюся назад голову, выгнувшуюся ко мне грудь, хватающий воздух ротик, трепещущие реснички. Как зверь, сидя перед тобой на коленях, я забираю себе твое сердце, целуя его сквозь грудную клетку. Тебе не хватает шелкового кимоно, а мне дьявольских рогов и хвоста. Моя страсть, твоя покорность. Кто бы мог подумать, что ты окажешься таким под слоем фарфора.

Тихий стон срывается с твоих губ, когда я провожу ладонью по твоей груди вниз до самого ремня. Ты возбужден. Еще немного и я сам не смогу остановиться, но надо – не здесь. Здесь свою миссию я выполнил с блеском. Теперь я демон, держащий в руках сердце прекрасной принцессы. Теперь ты мой.

Глубоко вдыхаю, чтобы восстановить способность мыслить. Возвращаю тебя в вертикальное положение, должен сказать рука затекла, держать тебя навесу. Но это было отвлекающим фактором, не дающим мне сорваться и погрузиться в тебя полностью, по крайней мере, сейчас.

Нежно обнимаю тебя, жду, пока ты отдышишься у меня на груди. Пожалуй, именно этого мне не хватало все эти годы. Поглаживать тебя по волосам, смотреть, как потихоньку сходит румянец с твоих щек, а потом видеть, как ты улыбаешься, глядя мне в глаза своими карими бриллиантами. Сейчас твои глаза переливаются столькими теплыми чувствами, что мне хочется нырнуть в них и никогда не выплывать.

Мы просидели так весь вечер, я обнимал тебя. Ты смеялся, рассказывал о чем-то, ругал меня за то, что я не слушаю. А я не мог сосредоточиться на смысле твоих слов, меня поглощала музыка твоего голоса - теперь, это моя любимая мелодия, моя любимая песня.

Уже ночью я отвез тебя домой. Мы попрощались поцелуем, пусть пока все же инициированным мной. Но это первый раз, когда я ухожу от тебя с легким сердцем и ощущением, что все будет хорошо. Можно сказать – я счастлив. Благодаря тебе.

***

Я ожидал, что ты будешь теперь давать о себе знать каждый день. Но я ошибся. Ты молчал несколько дней. А в понедельник ты, наконец, позвонил.

- Привет! Как дела? - первый раз мы начали разговор нормально.

- Привет. Есть предложения на вечер? - твой голос звучит мягче, чем обычно, это радует.

- Честно говоря, даже не знаю, что предложить… - почему-то мозг отказывался придумать хоть что-то подходящее.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Семь сестер
Семь сестер

На протяжении десятка лет эксцентричный богач удочеряет в младенческом возрасте шесть девочек из разных уголков земного шара. Каждая из них получила имя в честь звезды, входящей в созвездие Плеяд, или Семи сестер.Роман начинается с того, что одна из сестер, Майя, узнает о внезапной смерти отца. Она устремляется в дом детства, в Швейцарию, где все собираются, чтобы узнать последнюю волю отца. В доме они видят загадочную сферу, на которой выгравированы имена всех сестер и места их рождения.Майя становится первой, кто решает узнать о своих корнях. Она летит в Рио-де-Жанейро и, заручившись поддержкой местного писателя Флориано Квинтеласа, окунается в тайны прошлого, которое оказывается тесно переплетено с легендой о семи сестрах и об их таинственном предназначении.

Люсинда Райли

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее
99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее

Все мы в разной степени что-то знаем об искусстве, что-то слышали, что-то случайно заметили, а в чем-то глубоко убеждены с самого детства. Когда мы приходим в музей, то посредником между нами и искусством становится экскурсовод. Именно он может ответить здесь и сейчас на интересующий нас вопрос. Но иногда по той или иной причине ему не удается это сделать, да и не всегда мы решаемся о чем-то спросить.Алина Никонова – искусствовед и блогер – отвечает на вопросы, которые вы не решались задать:– почему Пикассо писал такие странные картины и что в них гениального?– как отличить хорошую картину от плохой?– сколько стоит все то, что находится в музеях?– есть ли в древнеегипетском искусстве что-то мистическое?– почему некоторые картины подвергаются нападению сумасшедших?– как понимать картины Сальвадора Дали, если они такие необычные?

Алина Викторовна Никонова , Алина Никонова

Искусствоведение / Прочее / Изобразительное искусство, фотография