Читаем Договор полностью

Владимир Андреевич Петерсон являлся известнейшим русским скульптором — сюрреалистом, живописцем и графиком конца двадцатого — начала двадцать первого века. Он приобрел широкую известность за рубежом после выхода в девяносто пятом году американского фильма "Адский Принц" (Infernal Prince), над которым работал в качестве дизайнера. Именно ему принадлежит образ Адского Принца, который до сих пор клонируется с различными вариациями в некоторых малобюджетных фильмах, названий которых я уж и не припомню.

Анатомические конструкции Петерсона, образы обитателей загробных миров и темных закоулков человеческой психики хорошо знакомы посетителям престижных международных выставок и владельцам многочисленных постерных альбомов. Им создано множество художественных произведений: начиная от карандашных набросков, живописи в классической манере, напыления акриловых красок с употреблением накладных шаблонов и заканчивая монументальными скульптурами. И все же излюбленной его техникой и визитной карточкой остается металлическая скульптура, выполненная методом бесшовного литья по японской технологии.

Его скульптуры украшают, если так можно выразиться, площади таких европейских городов, как Берлин, Хельсинки, Антверпен, Франкфурт на Майне, Брюссель, Гамбург…

Качество графических работ Петерсона столь реалистично, что как-то раз наличие картин в его багаже послужило основанием для временного задержания и ареста в аэропорту Франкфурта. Немецкие таможенники приняли картины за фотографии, и только после специально сделанной экспертизы, обосновывающей, что все это и в самом деле нарисовано, художнику, наконец, разрешили въехать в страну. Петерсон потом в интервью журналистам язвительно отметил по этому поводу: "Любопытно, а где, по их мнению, я мог такое заснять? В аду, что ли?"

Кое-кто из клерикалов обвинял мастера в некромантии, сатанизме и, почему-то, в богохульстве. Было очень смешно читать напыщенные тексты уважаемых духовных особ, явно мало знакомых с критикуемым предметом. По мнению трансперсонального психолога Станислава Грофа, "творчество Петерсона — апокалипсический сплав агрессии, смерти и сексуальности — отражает танатоморфные переживания личности и мучительный процесс реинкарнации. Обвинять художника в богохульстве значит игнорировать биологическое обоснование мотивов его творчества". Если вы поняли, что все это значит, объясните мне потом, ладно?

Однако вышесказанное нисколько не преуменьшает таланта художника. У Петерсона оригинальный и узнаваемый стиль, он очень разноплановый мастер. В многочисленных интервью Петерсон называет себя учеником Ганса Руди Гигера, великого и безумного швейцарца, умершего в тысяча девятьсот девяносто шестом году. Правда Петерсон скромно умалчивал ответ на прямой вопрос — что думал об этом сам Гигер, пока был жив?

Несмотря на мировую известность и широкое признание, Петерсон продолжал сохранять гражданство России, был прописан в Москве, где имел большую квартиру на Ленинском проспекте, хотя и владел недвижимостью во Франции, в Чехии и на Ионических островах…

Дело Петерсона в свое время вызвало много разговоров в юридических кругах, и я, по понятным причинам, следила за развитием событий. Уже год он сидел в Матросской Тишине. Но в наших средствах массовой информации об этом почти не сообщали — у нас этого скульптора мало кто знал — до сих пор он в основном был известен на Западе и в Японии. К тому же, российского обывателя больше волновали дела олигархов, террористов и маньяков-убийц, чем темная и малопонятная история с каким-то странным художником. Информация прошла в Интернете, была пара статеек в бульварных листках, скандальных журналах, об этом сообщала радиостанция "Отклик Москвы", телеканал "Rem-TV", один раз что-то сказали по телеканалу "Цивилизация", и все. Потом все внимание переключилось на более громкие дела. Лишь иногда слышались отдельные голоса, да и те терялись во всеобщем информационном шуме.