– Нет, поддеваешь. Вот только что, когда он помогал перетаскивать лодку. Ты встал рядом с ним, чтобы он смотрел на тебя снизу-вверх, потому что ты выше.

Торак усмехнулся:

– Ему это не понравилось. Я думаю, он считает себя лучше всех, а сам, как пустая ракушка.

– Тсс! Он идет!

– Я иду рыбачить! – крикнул Наигинн. – Оставлю вас двоих, вам есть о чем поговорить.

– Хорошо! – крикнул Торак в ответ.

– Иди с ним, – сказала Ренн. – Вы должны получше узнать друг друга.

– Нет, не должны, – сказала Торак.

– Все хорошо, – с грустной улыбкой сказал Наигинн, подойдя ближе к костру. – И потом я ведь иду на палтуса…

– И что с того? – спросил Торак.

– Ну, ты не знаешь, как их ловить, и они по-настоящему опасные.

– Что, прямо как моржи? – ехидно спросил Торак.

– Нет, – спокойно ответил Наигинн. – Но они сильные и сражаются до последнего.

В его голосе не было даже намека на усомнение в силе и сноровке Торака, но тот все равно закипел от злости.

– Я передумал. Пойду с тобой, помогу, мало ли чего.

Наигинн пожал плечами, а Ренн сказала Тораку взглядом: «Постарайся с ним поладить!»

В знак уважения к Морю парни завязали волосы в хвосты, убедились в том, что у них чистая одежда. Потом помылись на отмели и потерли лица и руки водорослями, чтобы заглушить свой запах. У Наигинна ушло на это больше времени, чем у Торака. Он не успокоился, пока на одежде – отлично сшитой парке, штанах из отбеленных кишок с нарисованными черными полосками и башмаках из шкуры тюленя с бахромой на голенище – не осталось ни пятнышка. Его оружие – гарпун из кости с зазубриной, топор, лук, стрелы с блестящими наконечниками из черного кремня – тоже были идеально чистыми.

– Не дотрагивайся, – предупредил он, – некоторые отравлены.

– Я не ребенок, – огрызнулся Торак.

Из снастей у Наигинна была длинная свернутая в кольцо веревка из плетеных бурых водорослей с крючком, каких Торак еще никогда не видел. Он был размером с согнутую в локте руку, а там, где у руки кисть, крепился шип из кости, привязанный сухожилиями и обращенный внутрь. Наигинн уже насадил на него кусок кальмара, которого поймал между камней.

– Это делается так, – объяснял он, чем все больше раздражал Торака, – рыба захватывает приманку, но проглотить не может. Она пытается ее выплюнуть, и тогда шип впивается в щеку. Тут главное сделать крючок правильного размера. Рыба должна быть достаточно большой, чтобы крючок поместился в рот, но не настолько большой, чтобы перевернуть лодку.

Торак вспомнил рыбу размером с человека и с глазами с одной стороны головы, которую видел на месте встречи племен.

– Палтусы действительно такие сильные?

– О, многие охотники уходили за ними и больше не возвращались.

Торак посмотрел в голубые глаза Наигинна и попытался понять, не хочет ли тот его напугать.

– Почему веревка такая длинная?

– Палтусы кормятся на дне Моря. Поэтому нужен большой камень-грузило, который утащит крюк до самого дна. Я привязываю его особым узлом, поэтому, когда дергаю за веревку, камень остается на дне. Только так можно вытащить эту рыбу.

Наигинн изучающе посмотрел на Торака.

– Чтобы вытащить палтуса, придется поработать нам двоим. И будь осторожен, не зацепись за веревку…

– Вообще-то, я уже рыбачил, чтобы ты знал.

– Но на палтуса не ходил. Они сражаются, Торак. Вот для чего у меня это. – Он поднял вырезанную из толстой коряги дубинку. – Как только подтянем рыбу поближе к лодке, мы ее убьем. Вытаскивать живой опасно, она разнесет лодку на куски.

– Понятное дело, – сказал Торак.

Он не испугался, но ему было очень неприятно сознавать, что скоро у Наигинна появится отличная возможность сделать из него дурака.

Глава 11

Наигинн перебросил крюк с наживкой через борт лодки, и они с Тораком стали ждать. Между ними лежал конец веревки, напоминающий коричнево-зеленую змею. Рядом с лодкой качался на волнах привязанный к веревке пустой желудок тюленя – если он опустится под воду, значит рыба попалась на крючок.

Наигинн перекинул Тораку плоский кусок коряги:

– Приготовься, как только начинаю вытягивать рыбу, ты наматываешь веревку на эту корягу. Захочется наматывать через локоть, не поддавайся – утянет за борт.

Торак глянул на него и промолчал.

На солнце было тепло. Они оставили парки и теплые штаны на берегу и в лодке сидели в одних безрукавках и нижних штанах. Море было спокойным – ветер бушевал где-то в других краях.

Наигинн сказал, что палтусы любят кормиться там, где реки впадают в Море, поэтому и они не стали отплывать далеко, и Торак видел, как Ренн закидывает снасти с берега.

– На стоянке я заметил, что ты выкрасил свой ковш в красный цвет, – сказал Наигинн. – Зачем это?

– Научился у парней из племени Тюленя, – ответил Торак, продолжая смотреть в сторону берега. – Легче заметить, если вдруг уронишь за борт.

– Умно. Я тоже попробую.

«Только не пытайся со мной подружиться», – посоветовал про себя Торак.

Но потом он смягчился и достал из своего мешочка рожок со снадобьями.

– У меня есть «кровь земли». Если у тебя есть тюленье масло, можем сделать это прямо сейчас.

Наигинн, улыбаясь, покачал головой: