Читаем Дочь пекаря полностью

– Самоубийство, – прошептала мама.

– О, Гейзель. – Элси крепко зажмурилась.

– Папе я никогда не говорила. У каждого свои скелеты в шкафу. Пускай умрут с нами. Пользы от них никакой. – Она сжала руку Элси. – На нашем участке на кладбище Сан-Себастьян есть камень без надписи. Напишешь на нем имя Гейзель?

Элси кивнула.

– Скоро я с ней встречусь. Это меня утешает. Господь справедлив и милосерден во всем.

Элси горячо надеялась, что мама права. Ей, Элси, по многим причинам нужна была справедливость. И еще больше она нуждалась в милосердии.

– И последняя тайна, – сказала мама. – Стыдно признаться, что я тебе не сказала, ведь этот секрет – не мой.

У обеих были секреты, не всеми они делились; неизвестно, чью тайну мама собиралась раскрыть. – Загляни под кровать, – велела мама.

Элси нащупала связку потрепанных бумаг. На свету она узнала свой почерк.

– Это же мои письма?

– Кроме последних двух, – ответила мама.

Элси взяла их. Тонкая, ломкая бумага, не похожая на остальные письма. Она осторожно развернула их одно за другим и наконец прочла слова фрау Раттельмюллер:

По Божьему провидению я оказалась рядом с пекарней, когда солдаты выбежали за Тобиасом. Мальчик увидел меня и закричал громче трубы архангела Гавриила. Лил дождь, на улицах была паника, и я смогла незаметно провести его к себе. Он у меня. Я упаковала вещи, и мы уйдем поздним вечером со всеми беженцами. Пожалуй, я смогу выдавать его за немца, пока не доберемся до границы. Я стара, но сдюжу. Обещала сделать для тебя все, что смогу, и выполняю это обещание. Знай, мальчик в безопасности. Не беспокойся. Буду защищать его, даже если самой придется умереть. Надеюсь, это письмо тебе не повредит. Оставляю его у задней двери в надежде на то, что ты первая переступишь порог. Господь да сохранит тебя и твою семью, милая Элси. Я постараюсь связаться с тобой снова, когда это будет безопасно.