Дедушка накрыл вырезанные сердца марлей и отодвинул противень. Про Элси и Элберта дед не говорил, но их имена каждый год появлялись на еловых ветках. Значит, они все – семья.

Дедушка обернулся:

– А, Лилиан! Ты меня напугала.

– Прости, дедуль. Бабушка велела тебе помочь.

– Doch![81] – Он хлопнул в ладоши. – Уже закончил. Надо только убрать обрезки. – Он смял остатки теста в ком. – Иди помоги мне.

Лилиан подошла. Дедушка пах корицей, имбирем и кардамоном, и она придвинулась ближе: запах Рождества.

– На, попробуй. – Он отщипнул кусочек теста и положил ей в рот.

Тесто было сладким и острым. Лилиан подержала его на языке и проглотила.

– Вкусно.

Дедушка поцеловал ее в лоб.

– Только бабушке не говори. Она меня наругает за то, что я тебя кормлю перед сном.

Лилиан улыбнулась. Она умела хранить тайны.

Вечером бабушка сидела в комнате Лилиан и штопала ее шерстяные школьные чулки. Ноги у Лилиан замерзли под одеялом, а кроме того, она хотела поговорить.

– Полежи со мной, бабуль, – попросила она. – Мне что-то не спится.

Она понимала, что уже выросла из сказок на ночь, но надеялась, что бабушка согласится.

Бабушка вздохнула, отложила иголку и чулки и легла рядом. Лилиан просунула ножки между ее ног.

– Да ты замерзла, детка! – Бабушка подоткнула одеяло.

– Ты рада, что Рождество? – спросила Лилиан. – Рада, – ответила бабушка. – А ты?

Лилиан подтянула одеяло под подбородок и кивнула.

– Как думаешь, тетя Элси нам напишет?

Бабушка обняла Лилиан.

– Она всегда пишет на Рождество.

Лилиан это знала, но хотела лишний раз убедиться.

– Я сегодня купила карпа. Толстый, как огромная шишка. Видела?

Лилиан помотала головой.

– Зато я видела, как дедушка пек имбирные сердечки. – Она хихикнула и уткнулась в бабушку.

– Вот оно как. – Бабушка глубоко вздохнула.

– Как думаешь, Юлиус не обидится, если я съем его пряник? Он ведь в этом году не приедет на Рождество?

– Надо у дедушки спросить, – ответила бабушка. – Ну, ты согрелась. Пора спать.

Она привстала, но Лилиан потянула ее к себе:

– Побудь еще, пожалуйста. Почитаешь мне? То письмо, где тетя Элси помогала дяде Элберту в больнице? Когда она дала мальчику со сломанной рукой леденец в полосочку.

– Да нет, это в Америке нянечек-добровольцев так называют, «леденцы в полосочку». У них кофточки такие – бело-красные. Они не только помогают доктору, но и подбадривают больных, – объяснила бабушка. Потом сунула руку под кровать, где хранились письма. – Это от какого числа?

– Летнее, – сказала Лилиан. – Она писала, что прошел первый летний ураган и с неба летели огненные сосульки. – У нее даже сердце забилось при этих словах. – Мальчик так испугался, что упал со стула и сломал руку.

– Ack ja, – вспомнила бабушка. – Это, наверное, август. – Она перебрала конверты и нашла нужный. – Третье августа. – Страницы зашуршали под ее пальцами. – «Милые мама и Лилиан», – начала она.

Лилиан закрыла глаза, свернулась калачиком, и воображение унесло ее за океан.

Сорок шесть

Гармиш, Германия

Людвигштрассе, 56

5 октября 1967 года

Дорогая тетя Элси,

Еще раз спасибо вам за выкройку платья из журнала «Макколлз» и за пластинку «Битлз». У нас появилась новая радиостанция. Называется Бибиси. Вы ее слушаете в Америке? Там ставят классную музыку, даже Джима Моррисона. А сегодня Тони Блэкберн (ведущий) рассказывал, что там у вас происходит. Это правда, что в Америке толпы народу вышли на улицы протестовать? Просто не верится, но бабушка говорит, что так и до войны недалеко. Она за вас беспокоится. Я ей объяснила, что стреляют во Вьетнаме, а это от Техаса далеко. Но она все равно велела передать, чтоб вы с дядей Элбертом и маленькой Джейн сидели дома и закрыли все окна и двери.